— В каком смысле? — подошёл я к столу, встав за её плечом.

— Тебе это нравится? — пролистала она страницы альбома с эскизами двух зданий.

— Вроде, красиво. Нет?

— Для Венеции или Парижа сойдёт. Но не для столицы России.

Росси лишь хмыкнул, но оставил слова сестры без комментариев. Повисла пауза.

— Мадам, позвольте я вам свои эскизы покажу? — робко поинтересовался молодой человек.

— Мадемуазель, — строго зыркнула на него Ольга, заставив смутиться, — Но показывайте.

Парень метнулся к полкам и притащил оттуда аж три альбома с зарисовками. Сестра быстро их начала листать, почти сходу отсекая то, что ей казалось неинтересным. Вышло так, что с трёх альбомов осталось лишь четыре эскиза. Пересмотрев их ещё раз, Ольга выбрала один и потребовала себе лист бумаги и карандаш.

— Вот этот почти то, что нужно, но сейчас мы добавим сюда русские нотки. Хотя бы взяв за основу классический боярский терем.

Уверенными движениями сестра начала набрасывать копию рисунка, попутно внося в него изменения, и что меня поразило, ей вовсе не требовалась линейка, чтобы проводить идеальные прямые линии.

Фредерико сначала довольно безучастно наблюдал за её творчеством, но в какой-то момент вмешался и она горячо заспорили меж собой. В итоге парень метнулся за хлебным мякишем, которым они стёрли уже нарисованные линии, и оба, вооружившись карандашами, начали рисовать что-то новое, чуть ли не сталкиваясь носами над листом бумаги и оживлённо треща на французском.

— Пойдёмте, князь, — хитро прищурившись, поманил меня Росси пальцем, — Я угощу вас изысканным кофе. Поверьте, иногда творческим личностям лучше не мешать, так как я не раз видел, что именно в таких спорах рождаются истинные шедевры.

Кофе у архитектора, приготовленный на жаровне с песком, действительно оказался весьма не плох. А чайная ложка отличного коньяка, которую он туда влил, лишь добавила напитку благородного аромата и подчеркнула вкус.

— Брависсимо! — не удержался метр, когда двое юных творцов принесли ему итоги своих трудов, — Но как вы смотрите, если мы вот здесь добавим немного красоты, — движением пальца потребовал он карандаш, а затем почти не отрывая его от бумаги, пририсовал какую-то финтифлюшку под крышей.

Ольга и Фредерико молча переглянулись, и кивнули, соглашаясь.

— Ваше Сиятельство, я бы хотел попросить… — замешкался молодой архитектор, не решаясь сказать, что хотел.

— Безусловно. Ольга Сергеевна будет курировать весь проект и строительство, являясь моим представителем, — кивнул я в ответ, и эта парочка, глядя друг на друга, расцвела самыми счастливыми улыбками, которые мне довелось увидеть в этом месяце.

Вот же незадача… Так-то я Ольге в женихи готовил сына одного из самых богатых помещиков Псковской губернии, но никак не голоштанного помощника архитектора из Италии. Впрочем, посмотрим. Вдруг мне показалось, и у них всё пройдёт.

* * *

Вроде и сам без дела не сижу, но с приездом деда всё завертелось намного быстрее. Не успели мои родственники разобрать свои вещи и отобедать, как Пётр Абрамович потащил меня к генерал-лейтенанту Пущину.

Как и говорил ранее Иван, отец его пребывал дома, а потому и принял он нас с дедом без проволочек.

— Князь, циркуляр из канцелярии Его Высочества, предписывающий помогать Ганнибалам, по всем инстанциям давно разошёлся, — раскуривал трубку Иван Петрович, после того как они с дедом выпили по стопочке за встречу. — И я прекрасно понял, что тебе требуется полдюжины водолазов и даже готов их предоставить, но учить глубоководным погружениям на Кронштадте — это, право слово, глупо.