Под вечер на вокзал ушел большой отряд красногвардейцев якобы для отправки в Донбасс. Отъезд красногвардейцев из Харькова должен был успокоить расстроенные нервы эсеров, «меков» и прочих «партнеров» большевиков по Совету.

Наступила ночь. Снова собрались спорщики для обсуждения набивших оскомину вопросов. Артем заявил оппонентам, что большевикам необходимо посоветоваться на своем комитете.

Артем, Сиверс и другие товарищи поднялись выше этажом.

Артем высказал опасение, удастся ли красногвардейцам захватить бронедивизион, и не направить ли км в помощь полк, стоявший на Москалевке. Товарищи Сиверс, Рухимович и Бош успокоили Артема. Одновременно с захватом автобронедивизиона намечалось разоружение петлюровского полка, ликвидация штаба петлюровцев, арест военных главарей контрреволюционных организаций.

К Мироносицкой улице, где расположились петлюровские броневики, стягивались красногвардейские отряды. Весь квартал был оцеплен, напротив въезда в автобронепарк расположились главные силы атакующих, с пулеметами и бомбами. Не ожидавшие нападения гайдамаки мирно почивали.

Несколько орудийных выстрелов, три бомбы, брошенные через ворота, ряд длинных очередей из «максима» открыли доступ в расположение автобронедивизиона. С криками «ура», «Даешь броневики!» красногвардейцы ворвались во двор. В нижнем белье выскакивали механики, стрелки, но, завидя вокруг броневиков толпы красногвардейцев, убегали обратно в помещение, чтобы привести себя в порядок для приема «дорогих гостей».

Когда одетые в новенькие костюмы и шлемы командиры захваченных броневиков вышли во двор, их вполне дружелюбно встретили красногвардейцы. Закурили. Началась беседа. Петлюровцам разъяснили, что произошло и для чего это делается.

Штаб петлюровцев был захвачен также без особых трудностей. Начальник гарнизона Чеботарев был пойман уже на Южном вокзале. Украинский полк застигли врасплох и разоружили. Власть в городе с ликвидацией контрреволюционных частей и захватом броневиков полностью перешла в руки большевиков. Но об этом еще ничего не знали спорящие до хрипоты «демократы» в зале Дворянского собрания.

Словопрения прекратились с первым орудийным выстрелом, который заставил зазвенеть окна в зале Дворянского собрания. Первый залп, второй, третий…

В зал, как очумелый, ворвался лидер петлюровцев Никола Петренко и закричал:

— Здесь нам большевики зубы заговаривают, а там в городе делают свое дело!

Прокричал, сорвался с места и убежал, бледный как смерть.

Артем. 1919 г.

Артем. 1920 г.

Рубинштейн решительно прошел к трибуне и предъявил ультиматум.

— Я требую немедленно прекратить ночную стрельбу и не беспокоить спящих граждан…

Меньшевики, эсеры и самостийники потребовали выделить делегацию от всех партий, чтобы на местах в городе проверить «поведение» большевиков. Артем согласился на посылку делегации по городу.

Товарищи Сивере, Покко, Тиняков, эсер Миронов и другие делегаты сели в машину и поехали вверх по Сумской улице. Добрались до Университетского сада, здесь сошли с автомобиля и дальше пошли пешком по Сорокинскому переулку, затем свернули на Мироносицкую улицу. Встретили какого-то человека, по виду похожего на лавочника, и спросили:

— Что тут делается?

Он лаконично ответил:

— Захватили «товарищи» броневики и увезли…

«Ну, думаем, раз так, значит все в порядке. Смотрите, господа делегаты, смотрите, дело уже сделано…»— заключил этот эпизод Покко.

9 декабря утром с пачками свежих газет по харьковским улицам бежали мальчишки, выкрикивая последние новости:

«Город занят красногвардейцами: бронеотряд разоружен, телефон и телеграф в руках красногвардейских отрядов!»

Артем — заложник

Несмотря на успешное разоружение войск Центральной рады и разгром белогвардейцев, прорывавшихся через Харьковщину и Донбасс в гнезда контрреволюции, на Дон и Кубань, все же в самом Харькове далеко не все было в порядке.