В Севастополе на кораблях Черноморского флота вспыхнуло восстание. Сведения об этом восстании, руководимым лейтенантом Шмидтом, приходят в Харьков и заставляют Артема ускорить проведение уже намеченной вооруженной демонстрации рабочих и солдат. Демонстрация была назначена на 23 ноября. Накануне выступления, ночью 22 ноября, Артем провел на Сабуровой даче совещание с представителями воинских частей. Был создан особый солдатский комитет для связи с солдатской массой. Представители воинских частей говорили о готовности своих товарищей к демонстрации. Полки Старобельский, Лебединский, Богодуховский и часть Луцкого обещали участвовать в демонстрации. Тамбовский и Воронежский полки гарантировали сочувственное отношение к предполагаемому выступлению. Рабочие заводов Гельферих-Саде и паровозного, а также боевые дружины харьковских большевиков были также готовы.

23 ноября с рассветом по сигналу солдаты Старобельского полка вышли на свой плац. Фельдфебель Одишария скомандовал: «Разбирай ружья и запасайся патронами!»

Стояла утренняя тишина, в предрассветной мгле как тени бегали солдаты. Но вдруг все ожило, над городом раздались тревожные гудки харьковских заводов-гигантов: басовитый паровозный и повыше голосом Гельферих-Саде.

— Проснулись заводы, вместе нам будет веселее, — говорили друг другу солдаты, выстраиваясь в колонну.

Откуда ни возьмись перед солдатами вынырнул полковник Гоштофт; он умолял солдат вернуться в казармы, не коверкать жизнь себе и ему, командиру полка. Никто из солдат не прислушивался к голосу полковника. Зато команды, подаваемые фельдфебелем Одишария, слышали все. Полк вышел на улицы Харькова. С оркестром впереди, под звуки «Марсельезы» старобельцы двинулись к Конной площади. Там была назначена встреча с другими воинскими частями и рабочими. По пути к Конной площади к старобельцам пристроился Лебединский полк. Здесь также был оркестр.

На площади солдат восторженно встречали рабочие заводов. Алые стяги развевались над демонстрантами. Во главе паровозостроителей стоял Артем. Он был одет в кожаные куртку и фуражку. На правом боку в деревянной кобуре висел маузер. На лице Артема была счастливая улыбка, глаза с восторгом смотрели на приближающиеся колонны войск. Вот она, сбывается старая мечта революционеров: солдаты идут с рабочими, и вместе они выступят против самодержавия. «Не пропадет ваш скорбный труд и дум высокое стремленье!» — вспомнились почему-то строки из пушкинского послания декабристам. Но хватит предаваться мечтам и радоваться сделанному. Впереди борьба тяжелая и длительная.

Паровозники поднимают над своими головами Артема.

Огромная площадь заполнена людьми — солдатами и рабочими. Артем начинает одну из своих пламенных речей. Далеко вокруг слышен его звучный взволнованный голос:

— Товарищи солдаты и рабочие! В эти дни, когда царизм уже празднует свою победу над восставшими военными моряками в Севастополе, новые и новые тысячи вооруженных сыновей родины идут навстречу революции. Рабочие дружины радостно приветствуют вас, своих братьев в солдатских шинелях. Близится час расплаты с вековыми угнетателями, вся необъятная Россия поднимается против самодержавия. Колеблется трон Николая Вешателя. Народу, взявшему в руки оружие, ничего не страшно. Наш путь — вооруженное восстание. Сегодня же мы продемонстрируем нашим врагам несокрушимое единство народа и армии. Пусть дрожат палачи при виде нашей силы. Да здравствует вооруженное восстание! Долой самодержавие, долой палачей народа! Да здравствует революция!

Площадь гремит возгласами «ура!». Тысячи людей повторяют за Артемом: «Долой самодержавие!», «Да здравствует революция!»

Солдаты строятся в походные колонны, рабочие также выстраиваются для марша.