— Правая, — пришлось зажмуриться, потому что боль уже перекинулась на плечо. — Черт, оно распространяется по всему телу.

— Все в порядке, Макс, я вижу, — глаза алхимика блеснули золотом, напомнив мне мерцающую воду в священном бассейне для сбора Десятины.

Озарение, которое пришло ко мне во время медитации, металось на краю сознания, но я никак не мог за него ухватиться. Эти мысли спугнула острая боль, которая добралась до правой стороны шеи. Она заставила меня забыть обо всем, кроме агонии.

— Сет, сделай что-нибудь! — Рита и Шелли в панке перекрикивали друг друга и суетились, не в силах помочь.

— Не мешайте! — рявкнул на них алхимик и прижал что-то твердое к моей ладони, от которой и расходилась боль. Амулет? — Потерпи еще немного.

От амулета начало исходить едва ощутимая, пульсирующая прохлада, а вместе с ней и передышка от огня, который захватил даже грудь.

— Черт! — сказал, как только смог набрать побольше воздуха в легкие. Зрение стало потихоньку восстанавливаться.

— Вот в чем дело, — Сет убрал амулет. — Я запечатал рану.

— Какую еще рану? — приподнял голову и внимательно осмотрел дрожащую правую руку. — Здесь же нет никакой раны.

— Не знаю, каким образом он сделал это, но ему удалось добраться до твоей души, — сказал сокол. Он выглядел очень растерянным

— Как это вообще возможно? — спросила его сестра, присаживаясь рядом со мной. Рита тоже заняла свое прежнее место и уложила мою голову к себе на колени.

— Не знаю, но это похоже на самую темную и древнюю магию, с которой мне приходилось сталкиваться, — Сет поочередно прикасался амулетом ко всем местам, до которых добралось это убийственное колдовство. Мышцы подрагивали, когда болезненные спазмы отпускали их. — По сути твоя душа умирала, жизнь вытекала из тебя через то место, через которое был установлен контакт с Дастином. Этот амулет и огромная сила, живущая в тебе, противодействовали заклинанию. Если бы не они, ты был бы мертв еще до того, как закончилось рукопожатие.

— О, и это всё? — тупо спросил, стуча зубами.

— Он вообще нормальный, нет? — мягко фыркнул сокол, обращаясь к моим женам. Он поднес амулет к моей шее. — Я говорю, что он чудом выжил после одного из самых темных заклинаний на всем Ашене, а его единственная реакция: «О, и это все»! Так, осталось еще немного.

— Твой отец придурок, — закрыл глаза, каждая клеточка моего существа испытывала адскую боль. — После этой выходки мне еще сильнее хочется его прикончить.

Глава 26

— С нетерпением жду этого, приятель, — сказал сокол и вернул амулет на мою шею.

— Даже не сомневаюсь, — простонал и попробовал встать. Все присутствующие бросились на помощь. Это было мило, но излишне. — Не беспокойтесь, со мной все в порядке, правда. Спасибо.

— Не бубни, — мой друг тепло улыбнулся, что было в наших взаимоотношениях редкостью. Хорошо все-таки, что этот парень на нашей стороне.

— Ты спас мне жизнь, — серьезно посмотрел на него.

— Получается, мы в расчете, — он легонько толкнул меня в плечо и ехидно улыбнулся, когда я зашипел от боли. Такое ощущение, что все нервы были оголены. На моей ладони остался шрам. — Боюсь, эта штука останется при тебе до конца жизни, но это ничего. По сравнению с твоей рожей она неплохо выглядит.

Придурок.

Мне захотелось прибить еще и его.