— О, Господи, — выдохнул ей в шею. Наши бедра продолжали по инерции двигаться в такт. Перестав содрогаться после оргазма, Рита уткнулась лицом мне в грудь. Я почувствовал кожей влагу. — Котенок? Ты в порядке?

— Просто… — начала она, но потом прижала уши к макушке, ее голос сорвался. Эмоции, которых раньше за ней не наблюдалось, захлестнули ее.

— Понимаю, — поддержала ее Шелли и принялась распутывать ее светлые волосы. — Ты никогда не думала, что когда-то сможешь почувствовать себя такой любимой и желанной, и из-за того, какой он чуткий и внимательный, каждый раз кажется, что это происходит впервые. И страшно, что это когда-то закончится.

Рита все еще находилась под властью эмоций, но кивнула и взяла Шелли за руку.

— Так сильно люблю вас обеих, — прошептал, чувствуя, как в уголках глаз собираются слезы. Осторожно вытащил из Риты обмякший член и на мгновение залип на тонкой струйке спермы, вытекающей из нее. Но вскоре она вздрогнула от отсутствия тепла, которое согревало ее, пока мы обнимались, поэтому пришлось найти салфетку, смочить ее водой, обтереть наши потные тела и помочь моим женам одеться, чтобы уберечь их от простуды.

Когда убедился, что обе они находятся в тепле и безопасности, скользнул за спину кошки и обнял ее, чтобы она, лежа между мной и Шелли, чувствовала себя спокойнее.

— Бутерброд с начинкой из Риты, — сам посмеялся со своей шутки. Вторая жена улыбнулась.

— Что еще за бутерброд? — спросила Рита дрожащим голосом. Замерзла или так нервничает? На всякий случай прижался к ней поплотнее, переплел наши ноги и и потер ладонью ее руку, чтобы согреть и успокоить.

— О, Макс готовил мне их! Это самое вкусное, что я когда-либо ела! — восторгалась Шелли, тоже двигаясь поближе к Рите. — По сути, это два ломтика хлеба, между которыми можно положить все, что угодно. И если ты начинка, то мы с Максом самый настоящий хлеб!

— Так это… такая метафора? Или его действительно можно съесть? Совсем запуталась, — она мило сморщила носик, обдумывая объяснение Шелли, чем очень насмешила нас обоих.

— Не забивай голову, котенок, если хочешь, приготовлю это блюдо для тебя, тогда все и поймешь, — прикусил ее обнаженное плечико.

Рита тихонько замурлыкала от удовольствия и теснее ко мне прижалась. Казалось, этот ответ ее удовлетворил. Она расслабилась, тело стало податливым, дыхание выровнялось. Через несколько секунд она уже задремала.

— Она спит? — тихо спросила Шелли, оторвав голову от груди кошки.

— Обычно она сразу отключается после секса, — прошептал так же тихо. Мы обменялись взглядами, которые выражали нежность к этой удивительной девушке и залюбовались ею.

Да, так всегда и было, она так самоотверженно выкладывалась в процессе, что к концу у нее не оставалось никаких сил. И эта милая особенность в очередной раз напомнила, как сильно я ее люблю. И приятно было осознавать, что теперь у меня есть человек, который разделяет эти чувства и может заботиться о ней так же искренне.

— Она совершенно невероятная, теперь понятно, почему ты так любишь ее, — сказала Шелли так, будто выудила эту мысль из моей головы. — Когда ты отправился на поединок с этим ужасным человеком, она сразу же взяла на себя заботу о нас. Даже когда началось нашествие и Грэг чуть не сбежал в лес, чтобы помочь вам, она не потеряла самообладания, утешала его и поддерживала всех нас. Хотя я уверена, для нее самой пережить все это было не так уж легко.

— Да, она потрясающая, но Шелли, хочу, чтобы ты не забывала, что я благодарен и тебе, — сказал и потянулся через кошку, чтобы взять ее за руку.