«Сет, когда мы спрыгнем, уводи корабль и будь готов нас подобрать. Грэг, Кларк, вы остаетесь на борту. Защищайте Иди и корабль. Это приказ», — я посмотрел на Грэга, который уже шагнул было вперед. В его глазах была решимость, но я не мог рисковать еще и им. Он кивнул, сжав челюсти.

«Иди, ты с нами. Мысленно. Ты наш навигатор. Найди его „сердце“, его „мозг“, что там у этой хреновины вместо них. Веди нас», — я положил руку ей на плечо. Она открыла глаза, и в них плескалась целая вселенная. Она коротко кивнула.

«Рита, Шелли. Готовы на небольшую прогулку по телу бога?»

Рита молча проверила крепления своих клинков. Шелли хищно улыбнулась, и ее огненные крылья за спиной развернулись во всю ширь.

«Поехали, Сет! Дай ему прикурить!»

«Держитесь!» — заорал Сет и рванул штурвал на себя.

«Рассветный Странник» клюнул носом и ринулся вниз, прямо к безликой воронке, служившей Аватару головой. Мы пронеслись в нескольких метрах от нее. Гигантская рука из щупалец метнулась к нам, пытаясь сбить назойливую муху. Сет виртуозно увернулся, закладывая такой вираж, что меня вжало в кресло. Рампа в корме корабля уже была открыта.

«Сейчас!» — крикнул я.

Мы прыгнули. Я, Рита и Шелли. Прыгнули в ревущую пустоту, на движущуюся, враждебную землю. Приземление было жестким. Мы рухнули на то, что служило Аватару плечом. «Земля» под ногами была как застывшая, но еще теплая смола, она прогибалась и чавкала под сапогами. Воздух был густым, пах озоном и абсолютным ничто.

Аватар, отвлекшийся на корабль, медленно поворачивал свою голову-воронку. Мы стояли на плече бога-разрушителя, который шел уничтожать наш мир. Четверо против вечной Пустоты. Я, моя жена-воительница, моя жена-феникс и девочка-пророк, чей голос звучал у нас в головах, ведя нас сквозь этот кошмар.

Я выхватил свой меч, лезвие которого тускло светилось в этой всепоглощающей тьме.

«Ну что, ублюдок. Потанцуем».

Глава 25

Земля под ногами была живой. Теплая, податливая, как застывающая смола, она подрагивала с каждым движением исполинского тела, на котором мы стояли. Воздух пах озоном, пустотой и чем-то еще — первозданным, не имеющим названия запахом самой анти-материи. Мы были блохами на шкуре апокалиптического зверя, и эта блошиная возня началась.

«Иди, где его уязвимые места⁈» — мой крик потонул в густом, вязком воздухе.

У него их нет, — прозвучал в голове спокойный голос пророка. — Его тело — просто сгусток воли. Оно не имеет органов или нервных узлов. Оно просто… есть. Но оно нестабильно. Каждый ваш удар, каждое вливание энергии нарушает его структуру. Бейте в сочленения. Туда, где одна форма переходит в другую. Это его самые слабые зоны.

«Сочленения! Понял!»

Я подал Рите знак, и мы рванулись в разные стороны. Я — к основанию исполинской руки-клинка, она — к тому месту, где шея-воронка соединялась с торсом. Мой меч, сияющий тусклым светом, с отвратительным чавканьем вошел в темную плоть. Это было все равно что рубить гигантский студень. Лезвие вязло, сопротивление было колоссальным. Я рванул клинок на себя, оставляя длинную, дымящуюся рану, которая тут же начала затягиваться. Черт побери.

Рядом со мной Рита работала как дьявольский механизм. Она не пыталась наносить глубокие раны. Она двигалась по кругу, нанося десятки быстрых, коротких ударов, превращая плоть вокруг себя в решето. Ее тактика была верной — не дать твари времени на регенерацию.

Над нами разворачивался свой ад. Шелли, окутанная ревущим пламенем, была похожа на разъяренное солнце. Она не касалась поверхности, поливая ее потоками жидкого огня.