— Ты идешь?

Это был вопрос, которого он раньше не слышал от своей сестры.

— Куда?

— В храм Артемиды?

И снова это было для него в новинку.

— О чем ты говоришь?

— Сегодня ее праздник. Там будут игры и подношения в ее храм весь день. Отец уже послал свои дары, а теперь встречает остальных, но мне кажется, и ты мог бы сходить.

Не с его отцом. Она что, с ума сошла? Он ясно дал понять, чтобы Ашерон избегал любого контакта с ним и со Стиксом. Ашерон покачал головой.

— Не думаю, что мне стоит это делать.

Она изумленно взглянула на него.

— Ты в своем уме? Не думаешь, что Артемида может обидеться, если кто-то из близких не проявит должного уважения к ней?

Ашерон нахмурился. А действительно? Артемида иногда бывала очень темпераментной на этот счет.

— Я буду в храме весь день, а с тобой встречусь после. Надеюсь, мне не придется ждать с тобой встречи столь долго.

Могло ли это быть скрытым приглашением? Нет, Арти могла быть какой угодно, только не утонченной.

— Но у меня даже нет никакого дара.

Рисса пожала плечами.

— Подари ей что-нибудь от чистого сердца. Для нее это не будет иметь никакого значения, а ты покажешь свою благодарность богам, Ашерон. Это совсем не мудро не оказывать им своего почтения, особенно той, для кого ты являешься фаворитом, — она улыбнулась ему, — а теперь одевайся. Мне нужно идти и я не могу тебя подождать. Но обязательно встречу тебя в храме — и не задерживайся.

Ашерон не посмел вылезти из кровати, пока Рисса не ушла. Он все еще не был уверен в том, что это была хорошая идея. Но до тех пор, пока он будет держать свое присутствие в тайне, не будет никакого вреда, он просто пойдет туда, сделает подношение и уйдет. Никто, кроме Артемиды, даже не узнает, что он там был. А если это порадует ее… Как он может не выказать ей свое уважение, после всего, что она сделала для него? Ашерон хотел показать ей, как сильно он любил ее, что он спокойно рисковал своей жизнью ради Артемиды. Каждая мысль о том, что он сделает ее счастливой, вызывала у него улыбку. Выбравшись из кровати, он начал думать, чтобы такое порадовало Артемиду. Ей нравилось слушать, как он играет. А еще она любила его тело и кровь. Но это разозлит Артемиду, если он вдруг предложит все это на людях…

Белые лепестки роз — это символ ее чистоты и грации, и жемчужины. Богиня любит жемчужины. Она даже брала его нырять за ними. Так он и сделает. Это будет идеальный подарок, чтобы показать, как чиста его любовь к ней и какое восхищение она вызывает. Ашерон быстро оделся, потом направился на базар, чтобы купить все необходимое. К полудню, он был уже в храме, который был полон людей. Для знати и официальных лиц был отдельный вход, где их дары благословляли жрицы. Хоть он технически должен был идти через этот вход, Ашерон встал в общую очередь. Он не хотел привлекать лишнего внимания к себе или рисковать, разозлив отца, который сидел на троне рядом со статуей Артемиды и наблюдал за людьми. Апполон, Стикс и Рисса были рядом с ним. Осторожно, Ашерон оглядывался по сторонам и молил богов, чтобы отец не заметил его. Ашерон быстро преподнесет дар и уйдет. Никто даже не узнает об этом.

Прикрыв лицо, он отдал подарки жрицу, чтобы тот положил их на алтарь.

— О чем вы просите богиню, дары приносящий?

— Ни о чем, падре. Я только выражаю ей свое уважение и любовь.

Жрец кивнул в подтверждение, прежде чем взять маленькую чашу с лепестками роз и жемчужинами. Когда Ашерон уже отходил, кто-то в толпе толкнул его, и он налетел на женщину с ребенком на руках. Она закричала, когда потеряла равновесие и почти выпустила ребенка.