— Надеюсь. В первую минуту это было обжигающе, а вот потом стало холодать.

Она ухмыльнулась, когда увидела, что татуировка в виде дракона вернулась на предплечье — где и была с самого начала.

— Это что какая-то временная штука, которую тебе приходится отдирать человеческими головами? Клянусь, что она двигается по разным частям твоего тела.

Прежде чем он смог что-либо ей ответить, как у нее зазвонил телефон. Тори зарычала, услышав звонок.

— Ты знаешь, только между нами, у нас нет и минуты покоя от этих дурацких телефонов, — она взяла трубку, сильно удивившись, что на другом конце провода был Брюс. — Привет, милый. Ты достал для меня журнал?

— Нет. Кто-то убил Димитрия прошлой ночью и перевернул всю его квартиру вверх дном. Они, должно быть, и забрали книгу.

Попятившись назад от таких неожиданных новостей, Тори выронила трубку, когда весь ужас и горе, наконец, дошли до нее. Эш едва успел поймать Тори прежде, чем она упала на пол и зарыдала.

— Дыши, — прошептал он. Но казалось, что она совсем не слышит его, потому что продолжала говорить тихим голосом:

— Нет, нет, нет…

Он поднял телефон с пола.

— Алло?

— Где Тори? — потребовал мужчина.

Эш посмотрел на нее. Она подтянула свои ноги к груди и рыдала в них, а свою голову прикрыла рукой.

— Она очень расстроена. Что случилось?

— Одного из наших друзей убили прошлой ночью.

Эш стиснул зубы, когда вспомнил весь ужас последних часов Димитрия — никто такого не заслуживал.

— Хорошо, я скажу ей, чтобы перезвонила вам, когда успокоится хоть немного.

Он повесил трубку и прижал ее к себе. Тори зарылась ему в плечо и обхватила руками его за шею такой сильной хваткой, что лишь каким-то чудом не поранила его.

— Как он может быть мертв? За что?

Он прижал ее еще ближе.

— Не знаю, Тори. Дерьмо случается даже с самыми лучшими из нас.

— Нет. Только не из-за этой гребаной книги.

Ее язык шокировал его и рассказал, насколько сильно она страдала.

— Пожалуйста, Ашерон, скажи мне, что книга не может стоить человеческой жизни.

Она поднялась с пола и схватила телефон.

— Что ты собираешься делать?

Приподняв очки, она вытерла глаза, а ее щеки начали гореть от злобы.

— Я собираюсь обзвонить всех членов своей команды и попросить их всех немедленно спрятаться. Я не допущу, чтобы еще кто-нибудь пострадал! Не допущу!

Ашерон не пытался остановить ее, когда поднялся на ноги. Вместо этого, он подошел, чтобы прочувствовать нечто с помощью своих сил. Это так раздражало, когда он не мог влезть внутрь или зацепиться за какую-нибудь ниточку, чтобы разобраться в том, что творился вокруг. Ашерон не чувствовал себя таким уязвимым со дня своей смерти. После того, как она обзвонила всех, кого могла придумать, Тори отключилась и вздохнула.

— Все теперь в курсе и будут стараться держаться в безопасности. Будем надеяться, что так все и останется.

Засопев, она сняла очки и протерла стекла кончиком своей рубашки. Эшу очень импонировало то, как она старалась не раскисать. Тори нацепила свои очки назад и пронзила Эша злым, полным боли взглядом.

— Как ты думаешь, что может быть такого важного в этой книге?

— Конец света.

Она усмехнулась.

— Будь серьезнее.

— А что, если я и так сама серьезность? — спросил он с целью вызвать у нее чувства и посмотреть, как она поступит, если у нее вдруг окажется этот дневник. — Что если в этой книге содержится нечто просто аппокалиптичное?

Она ответила, даже не задумываясь.