|
Конечно, это Гюрза знает. Он должен был узнать.
Как и предполагала Мира, отправить ее он собирался все-таки не в открытый космос, тут он знатно преувеличил. Ему требовалось, чтобы она осмотрела определенный участок станции снаружи. Почему нельзя послать на такое дроны и не рисковать чьей-то жизнью? А зачем, если в его распоряжении есть бесплатная Мира!
Впрочем, сквозь обиду она все равно подозревала, что в иных обстоятельствах Гюрза вообще сделал бы это сам. Просто с ним действительно что-то случилось, и восстановление проходило не слишком быстро.
– Так что особенного в том участке? – полюбопытствовала Мира, проверяя связь скафандра с компьютером.
– Пока не знаю. Но осматривай его осторожно, может быть и что-то опасное.
– Спасибо, капитан, а то до этого я собиралась там кувыркаться! Почему тебя заинтересовал именно этот участок?
– Это пока не важно. Возможно, и не будет важно, если ты ничего не найдешь.
Мира не боялась выходить в космос – даже после недавнего случая с маяком. Она проработала на станциях всю жизнь, если бы такой риск ее пугал, она бы давно распрощалась с рассудком – или сменила профессию. Проблема была скорее в том, что на каждой предыдущей вылазке она четко понимала, что она делает и зачем. Сейчас ей предстояло просто выйти и посмотреть – такое задание казалось непередаваемо глупым, риск ради… ничего.
Естественно, пока они подбирались к ремонтному люку, который Гюрза планировал использовать для вылазки, Мира получила все доступные данные от станционного компьютера и… ничего не обнаружила. С участком, который ей предстояло осмотреть, не было связано никаких аномалий или несчастных случаев. Это была самая банальная часть внешней обшивки, и казалось, что Гюрза выбрал ее наугад.
Мире оставалось только смириться и порадоваться, что она согласилась на миссию не просто так, а уже получила за это хоть какую-то плату.
Ремонтный люк, которым они планировали воспользоваться, предназначался для перемещения на поверхность станции людей или дронов. Он был не слишком удобным, точно не таким, как один из центральных. Но здесь Гюрзе было проще обмануть систему: сделать так, чтобы ни камеры, ни журнал регистрации не сообщили о вылазке начальнику технического отдела.
– Я останусь здесь, возле люка, – предупредил Гюрза. – Но смогу наблюдать за всем через камеру на твоем шлеме.
– Я бы поблагодарила, но, подозреваю, это делается не из заботы обо мне.
– У тебя хорошая интуиция.
Его равнодушие не задевало – Мира ни на миг не забывала, что общается с серийным убийцей. Даже если они на одной стороне, глупо ожидать от него полноценных человеческих чувств. Хотя она в этом и не нуждалась, она со всем привыкла справляться сама.
Когда она выбралась из корабля, вид открытого космического пространства заворожил ее. Сколько бы вылазок она ни совершала, где бы ни находилась, привыкнуть к этому Мира не могла. Звезды, столько звезд… Да, чужие, но не менее прекрасные, чем сияние огней вокруг Земли. Они мерцали, переливались, они напоминали аборигенов, разглядывающих с любопытством ее – такую непонятную, интригующую их не меньше, чем они интриговали ее. Сектор Фобос мог ее убить, но у Миры не было чувства, что он хочет сделать это прямо сейчас. Он просто смотрел, он как будто ждал…
В себя ее привел равнодушный голос Гюрзы:
– Когда все закончится, ты можешь вжаться лицом в иллюминатор и делать то, что делаешь сейчас. |