ГЛАВА 6

Урлрин Халацца прошел сквозь дверь скрипториума — буквально сквозь, словно тяжелая деревянная дверь была простой иллюзией. Переписчик за ближайшим к двери столом вздрогнул, и перо вышло у него из-под контроля, но остальные продолжали трудиться, движениями указательных пальцев направляя свои магические перья, быстро скрипящие по пергаменту.

Сельджар глянул мимо крошечных шариков, кружащих вокруг его головы, следя за дверью. Несколькими мгновениями позже в проеме возник подсвеченный темно-синим силуэт Урлрина. Потом магический огонь погас.

— Мастер Урлрин, — обратился к нему Сельджар. — Благодарю, что вы так быстро откликнулись на мое приглашение.

Мастер Колледжа Заклинаний кивнул. Это был крупный мужчина, широкоплечий для дроу, с животом, туго обтянутым жилетом, — зримый результат его пристрастия к чересчур обильным магическим пирушкам. На груди его на мифриловой цепочке висел знак его колледжа — золотой кубок, увеличивающийся в размерах и наполняющийся вином всякий раз, как он подносил его к своим толстым губам. Хотя редеющие волосы и отвислые щеки Урлрина создавали впечатление старости и лени, защищен он был что надо. Рядом с ним трусил — невидимый для писцов, но вполне явственный для глаз Сельджара — жуткий призрачный пес. Он настороженно следил за Сельджаром, вздернув губу и вздыбив шерсть. При малейшем намеке на угрозу безопасности хозяина он бросится.

Урлрин остановился перед Сельджаром и выразительно взглянул на магический огонь, искрящийся вокруг лба мастера:

— Вы хотели обсудить нашу общую проблему?

— Разумеется. — Говоря, Сельджар не отрывал взгляда от шариков. Несмотря на досадную помеху в виде магического огня, он продолжал наблюдения. Сельджар навел фокусы шаров на свой колледж и находящихся в нем магов. — Я выяснил кое-что интересное насчет… нарушения.

Урлрин предостерегающе кашлянул и кивнул в сторону ближайшего писца.

— И то верно, — согласился Сельджар. — Ушки на макушке и нос по ветру. — Он зашипел, активируя заклинание. Головы стукнули о деревянные столы — писцы повалились без чувств. По полу зазвенела чернильница, оставляя за собой потеки темно-синих чернил. Перья еще мгновение поскрипели и тоже попадали на пергамента.

— Вашим мудрецам удалось найти какие-то ответы? — спросил Урлрин.

Сельджар мельком взглянул на шар, который показывал наиболее сведущих магов его колледжа, шумно споривших, собравшись вокруг стола.

— Нет. Но недавно я принял посетительницу, утверждавшую, что ей известно, кто устроил эту неприятность с магическим огнем, хотя она и не знает подробностей. Эта посетительница — жрица Эйлистри из Променада. Она винит во всем почитателей Кайрансали. Они творят в храме далеко на северо-востоке нечто такое, что усиливает фаэрцресс во всем Подземье, включая и нас.

— Понятно.

Некоторое время оба мага молчали. Единственным источником звука были водяные часы, подвешенные к потолку скрипториума. Капли с глухим металлическим стуком равномерно падали сквозь крохотное отверстие в днище чаши из граненого стекла в стоящий внизу чан. Часы были предметом из Верхнего Мира, призванным отмечать четверти дня и ночи, поэтому в Подземье для них не нашлось практического применения — пока. Подобно воде, почти незаметно утекающей из чаши, утекало время.

— У меня тоже был посетитель, — заговорил наконец Урлрин. — Клирик Варауна из Гавани Черепа. Он сказал мне почти то же самое. Включая и то, что усиление фаэрцресс, похоже, затрагивает только дроу.

Сельджар кивнул, не отрываясь от шаров. Он подбросил второму мастеру крошку информации, и Урлрин повел себя так, как он и ожидал.