Сельджар, разумеется, уже знал про визит Ночной Тени в колледж Урлрина. Когда Миверра ушла от Сельджара, мастер навел на нее один из своих крошечных хрустальных шаров. Благодаря этому он видел, как женщина изменила облик, превратившись в мужчину бандитской наружности. Потом она телепортировалась прямо в Колледж Заклинаний — вещь совершенно невозможная для чужака. Это сразу привлекло внимание Урлрина. В ответ на его расспросы она призналась в том, что является Ночной Тенью, и наплела Урлрину почти все то же, что и Сельджару.

За исключением того, что Урлрину она сказала, что это клирики Варауна нуждаются в помощи Конклава.

Впечатление было такое, что ей известно о роли Урлрина в переправке уцелевших после резни в Башне Магов В Маске в безопасное место, — поступок, говорящий, казалось бы, о характере мастера, если не знать об одной маленькой «услуге», оказанной ему убийцами в черных масках более двенадцати лет назад. Услуге с применением яда.

— Вы верите рассказу Ночной Тени? — спросил Сельджар.

— Возможно, — пожал плечами Урлрин.

Уклончивые ответы были типичными для Урлрина. Хотя мастер явно воспринял посетителя всерьез. Как и Сельджар. Урлрин согласился послать магов из своего колледжа вместе с отрядом лазутчиков, которые должны будут следить за храмом Кайрансали. Прямо теперь один из шаров, вращающихся вокруг головы Сельджара, показывал трех заклинателей Урлрина, собирающихся в путь. К счастью, он пролетал мимо слишком быстро, чтобы Урлрин смог разглядеть то, что отражалось в нем.

— Вы сказали Ночной Тени что-нибудь про фаэрцресс? — осведомился Сельджар. Он ждал ответа — существовала небольшая вероятность того, что с момента его прошлого провидения Урлрина что-то изменилось.

Второй мастер покачал головой:

— Нет.

Сельджар взглянул на пролетающий мимо пурпурный шар; его цвет не изменился. Пусть Урлрин и защитил свой разум от вторжения — так поступал всякий способный сделать это маг, оказываясь в пределах досягаемости для заклинаний Сельджара, — но с кристаллом он ничего поделать не мог. Он не врал. Их секрет не был раскрыт.

Странный секрет. Столетиями он передавался от мастера к мастеру. Сельджар не представлял, как это делается в Колледже Заклинаний, но прекрасно знал, как обстоит дело в его собственном колледже. Больше двух веков назад, когда прежний мастер Колледжа Прорицаний умер и Сельджара избрали на его место, у него было видение. Ему явился призрак первого мастера колледжа, Чал'дзара, чтобы поведать о том, как возник их город.

Более четырехсот лет назад Чал'дзар вместе с могущественным заклинателем по имени Итзин, который специализировался на телепортации, создал заклинание, навеки изменившее облик Сшамата. Они выпустили на свободу фаэриресс, которым были пропитаны толщи камня, окружающие город, навсегда устранив эту помеху заклинаниям.

Или так им казалось. На протяжении трех веков после их заклинания рождалось больше мужчин, чем женщин. После «исчезновения» фаэриресс правители города — в ту пору жрицы Ллос — заметили, что мужчины, занимающиеся магией, обретают все большую силу. И что если такая разница в рождаемости сохранится, эти особи, объединившись, обретут однажды власть большую, нежели жрицы Паучьей Королевы. Как истинные дроу, решив предупредить мятеж — который, они были уверены, не заставит себя ждать, — жрицы попытались отбраковать тех, кто был наделен способностями к магии. Их усердие быстро привело к тому самому мятежу, которого они в первую очередь пытались избежать. Знатные Дома пали, и к власти пришли маги. С тех пор городом правит Конклав.

Призрак Чал'дзара не сообщил никаких подробностей про заклинание, написанное им и его партнером, но высказал одно предположение: фаэрцресс, вместо того чтобы переместиться куда-то в другую часть Подземья, обрел себе в Сшамате новое убежище, вселившись в самих дроу.