Каватина с нетерпением ожидала, когда Корл сотворит свое заклинание. На стене висело зеркало из полированного серебра — увеличенная при помощи магии брошь, которую маг отцепил от своего пивафви. Корл напряженно вглядывался в него, не обращая внимания на слепящее сияние отраженного фаэрцресс. Синий свет был ярким до боли. Каватина щурилась, и все же он резал ей глаза. На его фоне голова и плечи Корла были лишь черным силуэтом.

— Можешь ты увидеть что-нибудь? — спросила она. — Мазиир сказала Квили, что нашла путь к Акрополю. Она упомянула трещину в скале.

— И череп, — добавил Элдринн. — Ты сказала, она говорила про череп. — Он стоял возле Дафира, нервно поигрывая пузырьком, который держал в руке. Если парень не угомонится, он точно уронит свое зелье.

Между ними протиснулся Кбрас:

— Как насчет Телмиза? Про него что-нибудь слышно?

— Терпение, вы все! — бросил Корл. Пальцы его двигались перед зеркалом, словно перелистывая невидимые страницы. — Провидение нельзя ускорить.

Гилкриц стоял сбоку, сложив руки на груди и безостановочно барабаня пальцами. Один из его магов пропал. Наверное, он уже примирился с самым худшим. По словам Квили, Мазиир была не в себе, когда их связь резко оборвалась. Это — и дальнейшее молчание — не сулило ничего хорошего.

Все остальные поисковые группы вернулись благополучно, хотя и без результата. Несмотря на то что на поиски ушел целый день, дорогу в Акрополь не отыскал никто.

Рука Корла упала.

— Зеркало ничего не показывает. — Взмах руки снова уменьшил полированный серебряный овал до размеров броши.

— Сотвори глаза снова, — приказала Каватина. — Нам нужно найти Мазиир и Телмиза.

Корл решительно покачал головой:

— Повторное применение того же самого заклинания даст лишь тот же результат.

Каватина повернулась к магу-человеку:

— Дафир?

— Я попытаюсь, мадам, — склонив голову, ответил тот.

Пока Дафир творил свое заклинание, Каватина размышляла. Сообщение насчет Мазиир и Телмиза было не единственным посланием от Квили. Были еще два сообщения от верховной жрицы, пришедшие одно за другим. Первое содержало поразительную новость: Халисстра жива! Она каким-то образом сумела вырваться со Дна Дьявольской Паутины и была замечена в лесу Шилмиста. Жрицы и Ночные Тени погибли там от рук прислужников Ллос, но Халисстре удалось спастись через портал святилища.

Она перенеслась в Лунную Впадину, где ее заметил К'арлайнд. Неудивительно, что он не узнал собственную сестру. Халисстра бродит теперь по туннелям шахты, где-то между Лунной Впадиной и местом, где остановился их отряд.

Каватина приказала бы найти Халисстру, но Квили запретила ей. Сама Эйлистри предупредила верховную жрицу, что Халисстра должна сыграть какую-то роль во время атаки на храм, но, возможно, не сумеет это сделать, если слишком многим станет известно, что она здесь. Каватина должна верить богине и предоставить Халисстре самой выбирать па для своего танца.

Это мучило Каватину, но приказ есть приказ. Рыцарь Темной Песни всегда исполняла свой долг.

Ясно было одно: чем дольше Каватина и остальные проторчат здесь, тем больше шансов, что Халисстра наткнется на них. Понимая это, Каватина приказала двум жрицам, сторожившим шахту, через которую только и возможно было попасть в этот туннель, связаться с ней немедленно, как только они заметят что-нибудь похожее на демона, и не вступать в бой самим — предоставить разбираться с любыми демонами ей, единственному Рыцарю Темной Песни в отряде.

Каватина повернулась к магу-человеку:

— Дафир, что-нибудь есть?

Дафир склонился на свой посох, закрыв глаза:

— Мазиир и Телмиз в пещере.