-  Да, да! Не вороти нос-то! Знаю, что на уме у тебя, бесстыжего! Хочешь Брустьо взять в жены, Хродомеру зятьком сделаться! Небось, второй колодец у него на подворье выкопаете, глубже первого. Ну, иди, сватайся, Хродомер только того и ждет.

    Ульф наконец опомнился и опять о своем заговорил. Лицо свое к отцову лицу приблизил, едва носом его в нос не клюнул, и заорал:

    -  Нужен тын селу, говори?

    Рагнарис лица не отводя, в ответ рявкнул:

    -  Нужен!

    -  Тридцать зим уже с Хродомером вы спорите, где тын ставить! - кричал Ульф. - Толку-то!.. Пока спорите, глядишь, чужаки свой тын тут поставят, а сверху ваши с Хродомером головы насадят! То-то раздолье вам будет меж собою лаяться! Никто, кроме воронья, мешать не будет. Разве что чужак какой помочиться подойдет.

    Дедушка Рагнарис заревел, как бык:

    -  На Алариховом кургане - вот где тын надо ставить! Посередь холма тыном обнести и насыпью, насыпью!..

    -  На кургане только и хорошо, что пивом до самых глаз наливаться! - закричал Ульф. - Что, когда осаду пережидать будешь, Ильдихо станет тебе пиво туда таскать?

    -  А колодец! Колодец вырыть! - надрывался дед. - Я говорил Хродомеру, что колодец там вырыть надо!

    -  Где колодец-то рыть? На кургане?

    -  А хотя бы и на кургане!

    -  Покойного Алариха поить?

    -  А хотя бы и Алариха, - начал было дед, но осекся.

    Ульф спросил, уже поспокойнее:

    -  Зачем на кургане колодец рыть, коли есть уже колодец на хродомеровом подворье?

    -  У Хродомера вода в колодце всем известно, какая! Отчего Хродомер такой хилый, того и гляди помрет? Все оттого, что воду дурную пьет, а к реке ходить ленится. Весь уж на понос с той воды изошел. И бабы у него такие же. Ступить негде, везде дерьмо!

    -  А на кургане ты колодец сквозь Алариха копать будешь?

    -  Ты меня не учи, сопляк! Я знаю, как копать!

    И руку занес, чтобы Ульфа по лицу ударить. Ульф руку отцову перехватил.

    -  Ты в священную ярость-то не впадай! - зашипел он сквозь зубы. - Одной священной ярости мало, чтоб колодец выкопать.

    -  Мы с Хродомером когда село ставили, - запальчиво крикнул дед и руку свою высвободил, - нам одной священной ярости хватило. И дома поставили, и урожай собрали. И все милостью Вотана.

    -  Как же, - насмешливо сказал Ульф. - В ярость впал и амбарчик разнес.

    -  Ты больше слушай брехню хродомерову. Он тебе еще не то скажет. А что от воды той колодезной у Хродомера то понос, то запор, так это в селе всем известно. Был я у Хродомера, поднесли мне бабы той воды - седмицу после того прогадиться не мог, все живот вздувался. Оттого у Хродомера, коли уж доведется губы омочить, так только пиво принимаю.

    -  Да ты куда ни придешь, везде пиво принимаешь. От всего остального у тебя живот вздувается.

    -  Зато у тебя живот впалый, бродишь, как пес, никуда прибиться не можешь. Даже вандалы село свое пожгли, только чтоб от тебя избавиться!

    -  А от тебя и село сожжешь - не избавишься! Все будешь ходить с раздутым животом, ветрами громыхать, пива искать!

    Слушали мы, как дедушка Рагнарис с Ульфом бранится. Взаимная их злоба ушла, и бранились они, точно пели.