В ту весну, когда тоска взяла Арбра, настало полнолуние и луна взошла. Валия уже ко сну отошел, как вдруг разбужен был он и домочадцы его яростным лаем собак, как если бы крупного зверя обложили. И зверь какой-то ревел в темноте. Валия недаром охотником был. Тотчас же распознал он рев Арбра, сына Бракилы, соседа его. Собачий лай тут жалобным визгом сменился.

    Валия выскочил, как был, неодет, с рогатиной - собакам своим на выручку. За ним сын его старший, что с ним тогда в одном доме жил, и двое рабов, силы недюжинной.

    Предстал глазам их двор Валии, залитый ярким лунным светом. Посреди двора любимый пес Валии лежал с хребтом перебитым. Хозяина завидев, только раз головой дернуть сумел, взвизгнул тихонько и тут же издох. Другой пес, поджав лапу, поодаль стоял и щерился. А над псом издохшим Арбр стоял, и пена в углах его рта запеклась.

    Валия с места сдвинуться не смог. Стоял, окруженный неподвижными домочадцами своими, и только глядел на Арбра. А Арбр на него глядел, и видно было, что не узнает его Арбр.

    Тут и другие сельчане, звуками борьбы разбуженные, на двор сбежались. Если оголодавшее по весне зверье в село зашло, то всем миром двор Валии оборонять надо. Оттого многие с рогатинами и ножами охотничьими были.

    Арбр же все по сторонам озирался в беспокойстве. Верхняя губа у него подергивалась, открывая зубы. Бракила сквозь толпу к сыну своему было протолкался, но и его не узнал Арбр. Только протянул к нему Бракила руки, как Арбр вдруг изогнулся весь дугой назад и оземь затылком грянулся, собаку караулившую пугнув. И с хрипом забился в падучей. И отступили от него все поначалу. Валия же гибель любимого пса осознал и потому, рогатину занеся, хотел пронзить Арбра, покуда тот беспомощен. Но сельчане отогнали его. Ибо умудренные мужи собрались на дворе у Валии и тотчас же поняли они, что великое святотатство едва было не учинил Валия, обеспамятев от своей потери. Ибо всем теперь видно было, что Вотан коснулся Арбра и ниспослал ему священные дары. А потому убив Арбра, выказал бы Валия непочтение к Вотану и дарам его. И покарает за то Вотан все село, ибо велик Вотан и не покарать ему одного только Валию - мелок Валия для гнева вотанова. Так рассудили сельчане и потому все, разом подавшись вперед, рогатинами отогнали Валию и сынов его от Арбра.

    К тому времени Арбр биться о землю перестал и теперь сморил его глубокий сон. И взял Бракила Арбра на руки и в дом свой понес, и все расступались. Великой силы был тот муж Бракила, ибо Арбр в те годы весил уже немало.

    Валия муж был честный, ибо на следующий день Бракила вергельд ему за пса предлагал, однако же отказался Валия, волю Вотана чтя. Оттого и почет обоим, оттого и старейшины они ныне в том селе, что древние законы знают и блюдут.

    На следующий день внезапно жрец из капища пожаловал. Редко капище покидал, но тут явился. И взяв Арбра за руку, увел его за собой. Арбр, ни слова не говоря, послушно пошел со жрецом. И шкура медвежья была на нем.

    С той поры Арбр почти неотлучно при капище жил, либо по лесам бродил, но никто из сельских его не видел. Однако с некоторых пор стал примечать Рагнарис, когда в лесу бывал на охоте, либо по иной надобности, что будто бы кто-то следит за ним издалека. Недобро следит, хотя пока что близко не подходил и даже не показывался. И не один Рагнарис - другие сельчане о том же говорили. Но Рагнарис говорил об этом чаще. И догадывался Рагнарис, кто бы это мог быть.