— А так удобнее… — ответила Синди.

— Давайте прогуляемся по острову, — предложила Соледад. — Сейчас там еще свежо и будет так до завтрашнего дня. Варгас!

— Да, сеньора! — Негр появился на палубе в одних плавках, а следом за ним

— Марсела, спешно подтягивая зеленые трусики.

Я был очень рад и за него, и за нее. Я ужасно любил, когда часть моей работы кто-то добровольно выполнял за меня.

— Варгас, шлюпку и трех сопровождающих. И вы» дайте всем моим друзьям ботинки для ходьбы по джунглям. Там не стоит шлепать босиком.

Через полчаса мы погрузились в моторную шлюпку, а затем в сопровождении охранников поплыли на берег. Один сидел за рулем и по прибытии на место остался у лодки. Остальные двое, вооруженные мачете и автоматами, пошли впереди нашей компании, обрубая переплетенные лианами сучья, ветви кустов — расчищая нам дорогу. На острове была только одна тропа — от восточной лагуны до западной.

— Неужели до нас никто не ходил туда? — спросил я.

— Наверно, ходили, но еще до изобретения самолетов, — предположила Соледад. Она шла под руку со мной, следом в одиночестве топала Мэри, потом Синди с Джерри, и замыкали шествие Марсела с Варгасом.

— Мы, случайно, не за сокровищами? — спросил я, когда тропу повели вверх по склону. — Между прочим, мы туда довольно долго проходим — до темноты минимум. Я видел эту горку с вертолета — она очень крутая.

— Я думаю, что ночная прогулка не будет неприятной… — Соледад опять очаровательно улыбнулась, а я сказал:

— Если не считать змей и москитов.

— После урагана они не сразу очухаются, — возразила Соледад. — И вообще, единственные животные, которых я всерьез боюсь, — это люди.

Подъем делался все круче, и наши мачетерос стали рубить тропу по типу серпантина. Москиты действительно пока еще не беспокоили, а вот под ногами уже шуршала какая-то гадость. Тем не менее до вершины, точнее, до хребта, разделявшего остров пополам, мы добрались еще засветло.

— Какой прекрасный вид! — восхищенно сказала Соледад. Солнце, висевшее уже совсем низко, вытянуло тени скал, окружавших западную лагуну, а восточная уже окуталась сумеречной мглой. Белели постройки ооновского поста, вертолет, наши яхты.

— В ближайшее время ООН заинтересуется, куда делись бразильцы, — заметил я. — Ураган кончился. Сутки они подождут, а затем потребуют инспекции. То есть они могут ее и просто выслать сюда.

— Какой ты все-таки прагматичный! — вздохнула Соледад. — Стоишь над сверкающей красотой, любуешься закатом, а думаешь о таких мелких земных вещах!

— Можно подумать, что ты притащила меня сюда, чтобы полюбоваться закатом,

— проворчал я.

— Вовсе нет! — возразила Соледад. — Я привела вас сюда для того, чтобы расстрелять.

— Это, конечно, неудачная шутка? — спросил я, печенкой чувствуя, что она вовсе не шутит.

— Да нет, муженек, все именно так и обстоит. Больше вы мне не нужны, а знаете вы очень много. Ты прав, сюда завтра к вечеру могут нагрянуть ооновцы, гран-кальмарцы или хайдийцы, а скорее всего, все вместе. Мне нужно как можно скорее начать поиски клада Эванса и успеть погрузить его на яхты. Мы отведем «Дороги» на Хайди, там приведем все в порядок. Золото с «Сан-Фернанды» мы заберем попозже. Может быть, Хорхе дель Браво подарит нам подводную лодку… Хотя скорее всего его уже не будет на Хайди, а счета и прорывные компьютерные программы будут у меня.