Олеся всхлипывала, её лицо было мокрым от слёз, а руки дрожали, будто она пыталась удержать себя от того, чтобы развалиться на части. Лена же вскрикнула ещё раз, но скорее от удивления и жалости. Она стискивала кулаки так, что костяшки побелели.

Димон стоял прямо перед девушками, и Юки сразу понял, в чём дело.

Его лицо…

Японец замер.

Шрам. Глубокий, рваный, тянулся через всю левую и правую щёки прямо от уголков губ. Он был свежим, но уже затянулся, как будто его оставили не пару часов назад… Будто прошли годы. Димон пытался улыбаться, его губы кривились в привычной ухмылке, но глаза были пустыми, полными шока, который он пытался скрыть.

Юки Митиноши быстро подошёл к друзьям.

— Что случилось? — голос прозвучал тише, чем он хотел, но спокойно.

Димон услышал. Он повернулся, и его улыбка стала чуть шире, но всё такой же натянутой, будто он просто не хотел ещё больше расстраивать девчонок.

— Да так… — сказал он, пожав плечами, но Юки умел читать людей и чувствовал эту внутреннюю бурю в голосе парня. — Поймал подарочек на всю жизнь, по ходу.

Юки посмотрел на шрам. Он был уродливым и грубым, что неудивительно, если вспомнить как выглядят когти демона.

— Что с тобой случилось в том бою с Ревенантом?

— Яд, падла… Не знаю, очки вытекали рекой, а сам я двигаться не мог. Боль была адская, — Димон поморщился, его шрам коряво «улыбнулся». — Если бы не Жека… Он вовремя разобрался в ситуации и отправил меня на тот св… В Авалон.

— Но почему этот шрам остался? — сокрушённо спросила Лена.

— Похоже, нам остаётся только гадать. Возможно, узнаем об этом позже, в Авалоне, — спокойно заметил Юки.

Олеся вдруг бросилась к Димону, её всхлипы стали громче, почти истеричными. Она обхватила его шею руками, её тело дрожало от рыданий.

— Прости, прости, прости, — повторяла она, её голос ломался, как хрупкое стекло. Она начала целовать Диму в щёку, прямо в шрам, не обращая внимания на окружающих. Её пальцы цеплялись за его куртку, будто она боялась, что он исчезнет. Димон замер, его глаза расширились от неожиданности, но потом он мягко отстранил её.

— Лесь, хватит, — сказал он тихо, потом карикатурно махнул кулаком и добавил:

— Шрамы украшают мужчин.

Он снова улыбнулся, но Юки видел, что он был шокирован не меньше Олеси.

Юки вспомнил бой. Олеся, которая бросилась к тому мажорику, который шёл как в трансе. Кто знает, возможно, именно она и спровоцировала всю ту схватку. Ведь пока группа двигалась мимо этих людей, Ревенант не реагировал. А как только Олеся повлияла на разум «ужина» демона D ранга… Вот тогда-то это и случилось. Похоже, она всерьёз винит себя в этом. И правильно делает. Это был крайне необдуманный поступок. Но сейчас не время говорить об этом.

Дима в том бою опять закрыл её собой. Юки понимал парня, он прекрасно читал его истинные чувства к этой девушке.

Взгляд японца остановился на Лене. Она стояла, стиснув кулаки, её глаза метались от Димона к двери, за которой был Женя. Она пыталась что-то сказать, но слова застревали, её лицо искажала смесь тревоги и переживания за Женю. Юки шагнул к ней и мягко коснулся её локтя.

— Пойдём, — сказал он твёрдо. — Посмотрим, что с ним всё в порядке.

Охранник, здоровенный парень с лицом, будто высеченным из камня, преградил им путь. Его глаза были холодными и непреклонными.

— Никого не пускать, — прогундосил он, его голос был тяжёлым и резким. — Приказ Екатерины Демидовой.