— Я слушаю.

— Ничего ты не слушаешь.

Мелита полезла в карман за портсигаром. Мы только что зашли домой — к ней домой, а вернее в её квартиру, которую она снимала вместе с её сестрой, Анникой. Как выяснилось, родители не очень-то одобряли ни образ жизни, ни политические взгляды своих дочерей, и решили избавить себя от постыдных объяснений, которые пришлось бы давать соседям, отправив обеих девушек на другой конец города, чтобы не развращали умы своих младших братьев и сестер своим поведением. Мелиту, как и Аннику, такое положение дел вполне устраивало. Мы все еще сидели за кухонным столом в пальто, пытаясь решить, было ли уже слишком поздно для кофе или слишком рано для алкоголя. Наконец, Мелита вручила мне свою сигарету, стряхнула с себя пальто и встала, чтобы достать два бокала и бутылку вина.

— Просто признай, что тебе все это не интересно, — снова заговорила она, наполняя бокалы до краев. — В этом нет ничего постыдного.

— Мне правда интересно. Просто много всего другого на уме.

— Например?

— Я скоро заканчиваю школу. Диплом, экзамены, университет… Ну, ты понимаешь.

Мелита кивнула понимающе и подняла бокал в тосте.

— Ну что ж, за твое будущее в таком случае. Ты уже знаешь, кем хочешь стать, когда вырастешь?

Я отпил из своего бокала и глубоко затянулся, с одной только целью — потянуть время с ответом. Я знал, кем я хочу быть «когда вырасту», но даже мой собственный отец скептически на меня взглянул, когда я озвучил идею о том, чтобы поступить на технологический факультет в Университет Граца — один из старейших и известных в Австрии, где он также получил свою докторскую степень по юриспруденции, чтобы затем я мог присоединиться к Датской колониальной службе и путешествовать по миру в качестве инженера. Я боялся, что Мелита на смех меня поднимет, если я только признаюсь в своих романтических мечтаниях.

— Я хочу изучать химию и технологию в Граце, — расплывчато ответил я, не вдаваясь в детали.

— Вот и умничка. Грац известен своими университетами.

Я даже немного удивился её поддержке, но невольно подумал о Далии и о том, как бы она отреагировала на мои планы, если бы мы все еще были вместе. Злясь на то, что она постоянно вторгалась в мои мысли, я отпил еще вина.

— Да. А еще я вступлю в их братство — «Арминия». Они тоже националисты, очень известные в Граце, — добавил я, желая убедить Мелиту в том, что я готов был делить с ней её интересы и, соответсвенно, быть частью её мира. Мысль о том, что еще одна девушка отвергнет меня из-за того, что мы расходились во мнениях, мне была невыносима.

— Что ж, это замечательно. — Мелита заправила белокурый локон за ухо и ободряюще мне улыбнулась. — У тебя все отлично сложится в жизни, солнышко. Ты — очень умный парень. Жаль только, меня рядом не будет.

— Мы можем писать друг другу, — предложил я.

Мелита закатила глаза.

— Я — девушка, и даже для меня это прозвучало ну уж слишком по-девчачьи.

Я рассмеялся.

— Ну ладно, извини. Как насчет того, что я буду приезжать навещать тебя в летние и зимние каникулы?

— Ничего из этого не выйдет, сладкий мой. Ты переедешь в Грац, станешь членом своего братства и забудешь обо мне.

— Не забуду.

— Ты еще не знаешь университетской жизни. Ты будешь купаться в вине и девушках к концу первого года, уж поверь мне. С твоей-то симпатичной мордашкой. — Мелита чмокнула меня в щеку, хоть и не было похоже, чтобы она хоть каплю расстроилась из-за нашего предстоящего расставания.