Она не могла дышать, не могла говорить, пока не раздался стук хлопнувшей двери и Харт вздрогнул.

– Как я нашел тебя? Я искал. Сначала поехал в Чешир, говорил кое с кем, но все сходилось к тому, что ты обожаешь океан.

– Но…

Он улыбнулся, что повергло ее в смущение.

– Я герцог, Эмма. Большинство наших сельских жителей никогда не встречали герцога в своей жизни. Как сказали агенты недвижимости, мой статус оказался полезен для сбора информации.

Она прикусила губу.

– Я понимаю. Как всегда, для тебя границ не существует.

Харт согласно кивнул, удивив ее.

– Я никогда не знал жизнь так хорошо, как ты, это точно. – Его взгляд стал нежным. Губы потеряли свою жесткость.

Он жалел ее.

О, это очень чувствительно задело ее гордость, хотя внутренний голос нашептывал ей, что его жалость может оказаться полезной. Это могло бы спасти ее, спасти ту жизнь, которую она предназначила для себя. И все же она улыбнулась не без сарказма.

– Значит, тебе рассказали мою историю? И ты сжалился над бедной сироткой? Позволь мне угадать остальное. Ты рассуждал примерно так: «Есть девушка, которую нужно поддержать. Бедняжка не привыкла к труду. Она могла бы иметь доход, дающий ей возможность покупать себе прелестные вещи, которые она заслужила, и я могу сделать это для нее…»

– Конечно, нет…

– Ты приехал сюда, чтобы уладить наши отношения?

Жалость исчезла и вместе с ней появилось что-то похожее на благодарность.

– Я вижу, ты все такая же колючая и непримиримая. Я приехал не для того, чтобы предложить тебе быть моей любовницей.

– Тогда, может быть, чтобы арестовать меня?

– Нет.

– Что ж, прости за неведение, но тогда зачем ты проделал столь долгий путь, если не ради наказания или использования своего привилегированного положения? Зачем ты приехал сюда?

По крайней мере страх у нее прошел. Она преодолела его и теперь шла напролом, стремясь получить удовлетворение. Хотя втайне ждала, что он упадет на колени и будет просить прощения.

Она не станет унижаться. Поэтому она заставила себя спокойно подождать его ответа, уверенная, что как только он объяснит причину, она может сказать ему все, что считает нужным. Но она чем-то озадачила его. Он только молча вздыхал и качал головой, и маленькая морщинка пролегла между его бровей.

Эмма потеряла терпение.

– Ты выслеживал меня, как охотник выслеживает зверя. Я имею право знать – зачем? Чего ты хочешь от меня?

Его руки раскрылись, словно он хотел показать ей, что безоружен.

– Я… не знаю.

– Давай, Харт, говори… Ты утверждаешь, что несколько недель искал меня. Не лги. Что…

– Дьявольщина, я не знаю! Я думал взять реванш, заставить тебя заплатить за твою ложь. Я почти ненавидел тебя. Но я обещал, что не причиню тебе вреда. Может, и странно, но это была легкая клятва. – Его голос стал хриплым, но теплым, что сразу отозвалось в ее сердце, но она боролась с этим ощущением.

– Именно твое появление здесь обижает меня. – Ее слова были слишком близки к правде, поэтому Эмма поморщилась, желая скрыть свои чувства. – Твоя карета остановилась около моего дома, герцогский герб сверкает на солнце. Мои соседи решат, что я продажная женщина.

С суровым видом он приподнял бровь.

– Да. Что может иметь молодая скромная женщина с холостым лордом? Как может вдова торговца быть знакома с герцогом?

Он знал все, выложил всю ее ложь.