|
Заехала в офис, доложила обстановку Роме. Учитель и наставник хоть и стал меня теперь чуть ли не на руках носить, по-прежнему ревновал меня к успеху. В каждом втором его слове это проскакивает. Элемент мужского шовинизма тут тоже присутствует. Как же так! Он, мужик, остался за бортом, а я, дама, в королевы пролезла! Великодушно прикинулась, будто ничего не замечаю, но, кажется, ему от этого еще обиднее стало. Вероятно, больше был бы доволен, если бы я обозлилась. Называл бы меня потом истеричкой. Все-таки утешение.
Домой добралась к позднему вечеру. Поужинали мы с Ириской, смотрю: у Геры окно светится. По привычке навела телескоп и даже вскрикнула. Перед окном стояла баба! Рыжая. В полупрозрачной ночнушке. Она крайне неаппетитно чесала себя под грудью. Лучше бы на меня потолок упал! Умная мудрая Чумка. Предупреждала! Хотя не похожа эта баба на одноразовую. Держится, будто у себя дома. Чешется, зевает. Вон как пасть разинула! Все зубы пересчитать могу! Нет, не ведут себя так на первом свидании! То есть, выходит, у Геры плюс к одноразовым любовницам есть еще и постоянная, только он ее не афиширует, и потому о ней никто не знает. Да и немудрено. Вульгарная тетка. Нет, ну я-то зачем ему понадобилась? Неужели только как дизайнер? Мне по-прежнему в это не верилось. Все равно завтра к нему схожу. Разберемся на месте. Если эта тетка и впрямь у него регулярно бывает, обязательно какие-нибудь признаки обнаружу. А если живет постоянно, тем более. Нет, ну надо же какой конспиратор этот Геракл!
XI
Утром проснулась злая! На себя и еще больше на него. Приняла решение: а вот не пойду сейчас с ним гулять! Обойдемся с Ириской собственным двориком. Однако воспитание, увы, никакой злостью не заглушишь. Позвонила и предупредила, что гулять не успеваем. К моему удивлению, он явно расстроился. Только как это сочетается с присутствием рыжей в его квартире? Может, она его сестра или какая-нибудь другая родственница. В таком случае, зря потеряла целое утро сладостного общения с ним. Разозлилась еще сильнее — теперь исключительно на себя. Хотя и на него немного тоже, нечего быть таким скрытным! — А вечер, надеюсь, не отменяется? Вопрос прозвучал неожиданно жалобно. Он хочет меня видеть! Эх, дура, дура, и с чего начала выпендриваться. Вот и наказала себя: теперь жди до вечера. А все чертов Димкин телескоп виноват. Жутко вредная вещь. Смотришь, и только с толку себя сбиваешь! И я пообещала себе: если сегодня встреча пройдет хорошо, больше не стану следить за Гериными окнами! — Вечером все остается в силе. — Тогда жду! — Теперь его голос звучал совсем весело. Наказала я не только себя, но и ни в чем неповинную таксу. Короткая прогулка в одиночестве оставила ее разочарованной, и она несколько раз пыталась потянуть меня в сторону бульвара. Привязалась к Патрику! Скучно ей теперь у Сахара будет. Кстати, он по-прежнему не объявлялся. Вернусь домой — позвоню. Позвонила. Нарвалась на сонного Пупсика. — Федька убыл куда-то по делам, а я сплю, — пробормотала она и положила трубку. Похоже, Сахар ее совсем распустил. Раньше она так со мной разговаривать не отваживалась. А какого независимого из себя корчил! Видимо, все мужики в глубине души подкаблучники, только надо иметь к каждому индивидуально правильный подход. И Пупсик по-своему молодец. Нашла. Федор даже об Ириске забыл. С утра по делам носится. На очередного «Блапика», наверное, зарабатывает. По мобильнику Федя тоже оказался недоступен. Кажется, пропал для общества человек. Надо Чумке рассказать. Обхохочется. Ну моя-то совесть чиста. Хоть Ириску спасла. По-моему, ей у меня вполне хорошо. Думала сразу позвонить Чумке. Потом пожалела: пусть хоть один день отоспится в своем режиме. Да и мне пора за работу приниматься. В шесть часов вечера я уже в пятом наряде крестилась перед зеркалом. |
