Гера от моей похвалы окончательно расцвел.

— Если честно, я ею горжусь. Мне здесь все удобно.

Когда мы возвращались в холл по коридору мимо ванной, он распахнул в нее дверь.

— Здесь я особых изысков делать не стал.

Действительно, очень функционально: душевая кабина, раковина, стиральная машина. Душевая кабина не из дешевых, с разными прибамбасами.

— И за ванную вам пятерка, — похвалила я.

Из холла мы прошли в кабинет. Книжные стеллажи, плотно забитые самой разнообразной печатной продукцией, кассетами, дисками. Сложной конструкции стол с ноутбуком и принтером, рядом с которыми были разложены в стопки какие-то бумаги. А в углу — монументальное лежбище. Патрик немедленно к нему подбежал и плюхнулся, словно хотел показать мне, что это его личная вещь. Напротив собачьей постели стояло уютное кожаное кресло. На стенах висели старинные гравюры — с видами Москвы и Лондона позапрошлого века.

— Здесь мы с Патриком работаем, а иногда немножко отдыхаем, — взглядом указал Гера на кресло.

— Кабинет серьезного человека, — откликнулась я. — Значит, вы дома работаете.

— Частично, — сказал он.

Опять ускользает! И что за человек мне такой достался. Хотя пока даже и не достался.

Спальня была поделена на гардеробный отсек и пространство, которое почти целиком занимала огромная кровать.

— Та самая? — поинтересовалась я.

Он гордо ответил:

— Она!

— Впечатляет! — Я не смогла сдержать восхищения.

— Рад, что она вам понравилась.

Опять, что ли, намекает? Но он уже отвернулся. Я позволила себе заглянуть в гардеробную. Хорошо иногда быть дизайнером! Там висели только мужские вещи. Ничего женского, даже халатика, не наблюдалось. И в ванной, между прочим, тоже. И комплект полотенец висел один. Беленький. В тон плитке. Наверняка каждый день меняет. Или для меня старался, и все следы присутствия другой женщины убрал?

— И, наконец, гостиная.

Заходим. Тоже мужская комната, как и вся квартира. Шикарные удобнейшие кожаные диваны. На таких развалиться и трубку курить.

Гера, правда, не курит, ведет здоровый образ жизни.

Между диванами расположился низкий журнальный столик из черного дерева с толстой стеклянной столешницей, а на нем — низкая широкая ваза, а в ней десятки мелких кремовых роз.

— Как красиво! — воскликнула я.

Он покраснел.

— Вам нравится?

— Замечательный контраст тяжелой мебели с нежнейшими розами!

Большой телевизор… Так, а где же полки? Нет, здесь все совсем не так, как раньше, стоит. Неужто мебель переставил к моему приходу? Но я ведь обошла всю его квартиру, нигде этих полок нет. Стремясь сориентироваться, подошла к окну. Ничего не понимаю! Окна выходили во двор. К тому же их было два. Может, я видела в телескоп кабинет?

Я пустилась на хитрость:

— А разрешите еще раз на кабинет взглянуть?

— Вам что-то не нравится? — заволновался он.

— Нет, нет, просто одну вещь хочу посмотреть.

Прежде чем он успел опомниться, я уже глядела в окно кабинета. Снова двор. Чудеса в решете!

— Вы чем-то удивлены? — с недоумением поинтересовался стоявший за моей спиной Гера.

— Да, если честно, очень. У вас все комнаты во двор выходят?

— Конечно. Только кухня на улицу.

Но я в телескоп наблюдала стопроцентно не кухню!

— Вам не нравится? А по-моему, очень удобно, — продолжал он.