Первым не повезло парню, слишком массивному и низколобому для белого лабораторного комбинезона, в котором он вышел покурить к одной из задних дверей. Прямо на него из запущенного, криво постриженного кустарника вывалилась пьяная блондинка такой красоты, что у бедняги отвисла челюсть. А дальше он (вместе с челюстью) беззвучно опустился на порог, наверняка не услышав, как доктор Танк промурлыкала: «Курить вредно!». Удачно получилось, теперь дверь вскрывать не придётся.

Затащить внутрь, чтобы какой-нибудь полуночник случайно не наткнулся. Обездвижить… вколоть чего надо во избежание шума в ближайшие пару часов… засунуть в какую-то тёмную комнатёнку, заставленную ящиками и коробками…

Лана, не желая говорить, оглянулась на Радара, изобразила пальцами камеры слежения, вскинула брови… «порядок!» – отсемафорил тот.

Да знала она. Знала, что порядок. По части напакостить охранным системам этому деятелю не было равных и пять лет назад, чем он, собственно, и заинтересовал в своё время Али-Бабу. Но надо было убедиться ещё раз. Уж больно выросли ставки.

Два часа, проведённые в доме, примыкавшем к часовне, были потрачены с пользой. Да, работа в университетском городке накладывала определённые ограничения по части объёма спецсредств. Однако по карманам и поясным сумкам удалось распихать много чего полезного. В частности, весь комплекс защиты и слежения уже контролировался. Поэтому проникновение в корпус эдак запросто, через дверь, было не более чем приятным бонусом. А вот дальше… планы, схемы, копии записей – всё это важно и нужно, но не заменяет личного присутствия. Оставалось полагаться на удачу.

Впереди двигались мрины. Их слуху могла позавидовать самая продвинутая техника, поэтому мимо дверей на первом этаже группа прошла без задержки. Здесь людей не было. У выхода на лестницу Лана повертела головой и ткнула пальцем вниз. Вряд ли Дезире – если даже она бывала здесь – позволили бы удалиться от расположенного на подземном уровне биореактора. И проверять надо прежде всего окрестности агрегата, пока – лучшего из имеющихся. Мысли о том, как она будет разбираться с тем, который уже почти смонтировали в исследовательском центре на Атлантиде, лейтенант Дитц задвинула на задний план. Может, ещё и не придётся…

За состоянием дверных петель здесь следили хорошо, и когда над замком поработал Альт, узкая щель образовалась совершенно беззвучно. По коридору подземного этажа курсировал охранник, почти близнец того, первого. Пришлось дождаться, когда скучающий облом повернётся спиной к двери. И Лана только восхищённо хмыкнула про себя, когда проскользнувший мимо неё Тим вдруг оказался рядом с громилой, легко прикоснулся к нему и подхватил обмякшее тело, не давая ему издать ни звука при падении. Электронными средствами охраны управляют Радар и Альт, но вдруг кто-то услышит просто ушами?

Собственно, именно этим – необходимостью дублировать электронику людьми – и объяснялось присутствие «человеческой» охраны. По счастью немногочисленной; сидя в том здании, куда их привёл отец Микеле, они засекли только по одному патрульному на этаж. А ещё четверо, развалившиеся в креслах в караулке и пялящиеся в мониторы, на которых не происходило ничего интересного, даже не поняли, похоже, что такое им прилетело и откуда. Всё же обтянутый латексом гранитный шарик – прекрасная вещь. Если в лоб или по темечку. Главное, беззвучная. Даже тетива не щёлкает. Знать бы ещё, когда пересменка…

Дальше они не церемонились. В паре помещений обнаружились занятые какими-то расчётами и экспериментами люди, нейтрализованные быстро и без шума. Никаких трупов, что вы! И так-то, если это (ну, вдруг! чего в жизни не бывает!) не преступники, придётся кланяться мадам Генриетте на предмет выплаты компенсаций пострадавшим при налёте.