|
Все это я выложил не переводя духа. – Нет, каков мерзавец! Ах ты, старый подонок! Она переменилась в лице… – Ну, погодите у меня! Вот, значит, какие поручения вы исполняете!.. Тоже хорош гусь!.. Шпана!.. Пришли грабить одинокую женщину – вот ваше поручение, можете гордиться!.. Такой же трус, как и ваш злодей… И вы еще помогаете ему, обормот! Значит, ополчились вдвоем на слабую женщину… Так этот вор бросил меня, вор, вор!.. Ну, погоди! Разбойник, кто ж еще? Thief! Мошенник! Маньяк! Сатир! Грабитель! Он обобрал меня, прощелыга!.. Украл мою молодость, мою жизнь!.. Разметавшиеся волосы лезут ей в нос, она брызжет слюной, как и ее благоверный. Оба в запальчивости весьма бурно выражают свои чувства, у нее, к тому же, своеобразная речь с сильным южным привкусом. – Но это еще не все, красавчик!.. Он добивается, чтобы я околела в нищете, как крыса, в нищете… в его поганой конуре!.. Чтоб я загнулась!.. Но я больше не потерплю, чтоб он меня ду-шил… Я знаю, что говорю – он душит меня уже двадцать пять лет… Но всякому терпению при-ходит конец! Вы слышите? Оно лопается!.. Все, сыта по горло! Я свободна!.. Какой тарарам!.. Кстати я здесь очутился!.. Она бьется в корчах, ломает себе руки, честит меня так, что я не знаю, куда деваться, трясет своей львиной гривой… Я пытаюсь вернуть разго-вор в деловое русло, мне хочется поскорее уйти… Набравшись духа, я объявляю: – Я к вам за «Вегой Стансов». – «Вега»? «Вега»? Провались она, эта «Вега»! – следует ответ. Она взвинчена до предела, просто клокочет… Меня не отпускает. – А, так этот старый рогоносец считает, что со мной finish!.. Индюк! Старый пентюх!.. Пе-редайте ему, что его Пепе… что Пепе начинает новую жизнь, ну, и собирает вещички. Вот так-то, хмырек! New life!! Она начинает все сызнова! Да, с нуля! И без трупов… ни он, ни Ахилл! Понял? Может забирать своего Ахилла! Воздев руки, она испускает глубокий вздох и заливается смехом… Наконец-то избавилась, наконец! Какое счастье! Какое блаженство!.. Новая жизнь. Прекрасно. Я рад за нее, тоже начинаю смеяться… «Ах-ха-ха!» Не такая уж она, в сущности, злая!.. «Да, да!» – поддакиваю я. Она умиротворена и не мешает мне шарить в ее пожитках… Ну же, быстро найти книгу… скорее… скорее… и я уматываю! – Книга! Это, значит, тебя волнует, парнишка! Послушай, послушай меня! Он тиран, понимаешь? Тиран! Можешь сказать всем! Надо же, как она взъелась на Состена. Но теперь конец, конец! Пых-пых! Шумно отдуваясь, она извивается, рвет ненавистные путы. Все очень образно, картинно… Я молчу, будто набрав в рот воды, а ее мое молчание злит. Раз мне так уж нужна эта книга, пожалуйста, она принесет ее, а там потолкуем… Она зовет паренька, чтобы пособил малость. Появляется сопляк-молочник… Тот самый щенок-разносчик. Стало быть, вернулся… Ненасытная баба эта Пепешка!.. Пареньку неловко – любовь!.. Торчал на кухне… Она довольно высоко подтыкает пеньюар – не испачкать бы. Предстояло разобрать целую кучу барахла… Она растолковывает мне, что на «Вегу», эту самую колдовскую книгу, навалены самые громоздкие чемоданы. Чуть тронешь, шелохнешь, как все обрушивается к чертовой матери… Друг друга не видать, приходится пробираться ощупью… Сначала валится сундук, за ним корзины… Надо открывать оконце… Все обваливается, рассыпается… Груды всякого барахла: аксессуары, набедренные повязки, китайские платья вроде того, что у деда, великолепной работы, епитрахили. Всех видов и расцветок… на чертову уйму денег добра… Юнец заходится кашлем, отплевывается, регочет… В самом деле, забавная шутка! Его ждут смачные поцелуйчики. |
