|
, прямо на свет! – Давай Дельфина! внимание!., вместе! раз! два! три!., прямо!., оп!.. оп!.. Бросаемся… Ба! Я-то не видел! Плюх! падаю! меня толкают! приподнимают! несут! две руки! десять рук! держат меня!., тащат, как мешок!.. Дым повсюду!.. Я ничего не вижу!.. А там снаружи! снаружи-то! пожарные!., людей полным-полно!.. Мы на улице! спасены!.. Толпа кругом! народу!.. А пожарные-то!., ну, трюкачи! каски! медью блестят! лестницы! струи!., брызжут, кропят! окатывают! Нас снова хватают!., поливают!., водой обдают!.. Я не обгорел!.. Дельфина тоже нет!.. Не важно!., все равно под душ!., в воду окунают, в огромную бадью!.. Вылавливают, встряхивают, растирают, в одеяла заворачивают… Все взволнованы!.. Участвуют в спасении!.. А после – вопросы, слова разные… салам алейкумы! приветствия! рукопожатия! Shake hands! Отважным ура!., объятия! Хэллоу! Hello!.. Они видели, как мы сквозь пламя прорывались!.. Это было потрясающе!.. Спасать – это захватывает! «Восхитительно! Превосходно! Marvellous! Superb! Вот так парень! What a jump! Какой прыжок!.. Вот так девица! Браво, Дельфина!..» Галдят все хором! И вопросы! вопросы! Вопли! «Клабен!.. Клабен!..» Толпа требует Клабена… Хотят знать, где он! Старик Клабен!.. Что с ним? Клиенты расстроены!.. Клиенты волнуются!.. Подходят к огню… Отступают!.. Теперь уже все горит! – Там! – указываю я им, с трудом переводя дыхание… изнемогая от усталости… – Там он!.. Там, внутри!.. There!.. There!.. – И указываю на огонь… на гигантский костер… На ревущее, ур-чащее пламя… – О! О! – восклицают они. Какой ужас! – Да! он в лавке спал… Я бормочу, повторяюсь… сам верить начинаю… ведь должно быть убедительно… на все сто… понятное дело… – Вы его видели?.. – О! Yes! Yes! Yes! И никаких сомнений… Чтоб не было в дальнейшем заблуждений на этот счет… Закрыть вопрос!.. Дом трещал и полыхал… снизу доверху!., пожарные сделать ничего не могли… на сто ярдов приблизиться не смели!., барак этот превратился в сплошной костер… безумный, огромный… из всех окон вырывалось пламя… Народу собиралось все больше… должно быть, из разных кварталов набежало… галдеж сливался с ревом огня… все толпились вокруг гигантского пламени… его, поди, издалека заметно… черт знает откуда!.. Вот и стекались толпами!., тучи зевак!.. Спасатели-иоанниты превосходно о нас позаботились… о нас с Дельфиной, то есть… возились с нами… их героическими объектами спасения!., накормили, обогрели… печенье… бренди… горячий кофе!., наконец-то!.. Я, когда увидел, так и сказал Дельфине: – Coffe! Кофе! Она уже шляпку поправляла, кокетство к ней вернулось!.. Платье ее шелковое порыжело… во как рисковали… и митенки она потеряла… Мы смотрели, как полыхает дом… дом Клабена… Ни о чем другом я думать не мог!.. Ничто не завораживает так, как пламя, особенно такое, мятущееся, танцующее, устремляю-щееся в небо… Сидим мы, значит, с Дельфиной бок о бок… на траве… оторопелые… околдованные… смотрим, как оно извивается!., сидим, как дураки, и глазеем… Вдруг кто-то меня за плечо хватает… трясет, чтоб его! обнимает, душит в объятиях!.. Что за притча? – Малыш мой!.. Малыш!.. Я подумал, это опять они! Пожарные, то есть!., что опять нас водой заливать будут! опера-цию по спасению повторить решили! О ужас! я закричал! заголосил! ан нет, не они! я присмотрелся! это не пожарные! это Боро! скотина! собственной персоной! расчувствовался! сука! обнимает! слезу проливает! – Малыш мой!.. Малыш!.. И целует!., и целует!. |
