— Ооо! Аурика! Привет тебе! — фальшиво-радушно встретил ее меняла, будто сейчас только заметил — Что привело тебя ко мне?

— Во-первых, процент со сделки, который ты мне должен — холодно процедила сквозь зубы Аурика — Во-вторых, ты мне расскажешь, какого демона ко мне приходят всякие ублюдки и расспрашивают о ворке! Говорят, что он задолжал Шавашу, так вот какое отношение ты лично имеешь к его долгу?!

— Ворк?! Какой ворк?! — глаза менялы не врали. Они были таким искренними, такими ясными, только с такими глазами и нужно мошенничать и воровать. Самый ясный взор у жуликов и воров, это Аурика знала наверняка. Только вот взгляд этого жулика чуть дернулся в сторону, выдавая своего хозяина. И дернулся он по направлению к скучающему громиле, служащему Вассе телохранителем.

Огромный детина, бывший боец Арены — он поражал своей массой, своими заплывшими жиром, но все еще потрясающими мышцами. Говорили, что не из худших бойцов — побед у него за плечами больше, чем поражений. Но в конце концов все-таки вышел из дела — там, на Арене, долго не живут. Тридцать пять лет — крайний возраст, когда можно сойти с Арены без увечий, или вообще не остаться там навсегда. Видимо парень не успел совершенно отбить себе башку, потому сообразил, когда надо завершать с боями. Вот только ему все равно не повезло — как Аурика случайно узнала, у него вдруг вылезли кучи болячек, которые ему пришлось залечивать у лекаря-мага, а маги за медяки не работают, они из тебя всю кровь выпьют за свои услуги. Магов в этом мире не так уж и много, и каждый из них на вес золота. Император, дед нынешнего императора, некогда издал указ о том, чтобы любой ребенок из тех, что проявили хоть какие-то магические способности, сразу же отправлялся на учебу в школу магии, а потом и в магическую академию. И соответственно поступал на службу Империи. А после того, как отработает по контракту не менее пяти лет — может открыть частную практику. Но будет призван на службу в случае, если Империя вступит в войну с каким-нибудь из государств. Аурика особо не вникала — вроде как можно было откупиться от службы Империи, можно было отслужить и не в армии — но магом она не была, потому эти частности ее никогда не интересовали.

Меняла быстро побросал свои медяки в небольшую кожаную сумочку, и шагнув к открытой двери будки, громко скомандовал:

— Гедран, прогони эту бабу! Она мешает мне работать!

Аурика даже задохнулась от возмущения и ярости. Ах ты ж мразь! Значит она мешает работать?! Тварь ты неблагодарная! Ублюдок!

— Аурика, уйди, пожалуйста… — попросил ее телохранитель, из скучающего сразу превратившись в настороженного и внимательного — Хозяин просит тебя уйти.

— Мне?! Уйти?! — Аурика буквально выхаркнула эти слова, плюнув под ноги гиганту — Гедран! Отойди! Эта тварь мне кое-что задолжала!

— Аурика, прошу тебя…уйди! — Гедран в сущности был неплохим, добродушным парнем, и ему совершенно не хотелось драться с этой женщиной. В исходе поединка он не сомневался, но зачем ему такое «удовольствие»? Тем более что он слышал про нее кое-что такое, что точно ему не понравилось. Человек, который двадцать лет провел на войне, волей-неволей научится не только выживать, но и лишать жизни других людей. И значит, придется биться насмерть. А оно ему надо? Он пугало в дверях лавки, а не вышибала в трактире! И кстати — получает Гедран меньше того же вышибалы. А у него семья, дочка, жена молодая! Он должен сегодня вернуться домой и принести дочке леденец — обещал ведь. А тут надо вступать в бой с разъяренной, как дикая кошка ветераншей. Ну и вот что это такое?!

Гедран демонстративно достал из-за спины упругую дубинку двух локтей длиной и согнул ее дугой, демонстрируя прочность оружия и свою силу. А вокруг в это время начали задерживаться любопытные прохожие.