Прикинув, какие суммы Пётр отстёгивает теперь ежемесячно в общак, Кудряш решил, что пацан справится и с таким штрафом. Тем более что это был наилучший выход из сложившейся ситуации.

В итоге никто особо возражать не стал. На том и порешили. Да и утомились уже изрядно участники сходки. Тем более что даже сюда, в банкетный зал начали проникать ароматы от готовых горячих блюд. Аппетит уже у всех разыгрался и все стремились закончить с делами и перейти уже к неофициальной части встречи.

* * *

Выйдя на палубу, Пётр подошёл к Сашку и встал к нему лицом, прикрывая спиной от взглядов скучающих охранников и сопровождающих Хлыста.

— Ну что там? — поинтересовался Сашок.

— Пока всё по плану. Но не расслабляйся. Закладку удалось изъять?

— Всё путём. Примешь? — тихо прошептал Сашок, всем видом изображая, что внимательно слушает рассказ товарища о толковище.

Убедившись, что пацаны Хлыста на них не смотрят, а охранники вообще отошли к борту покурить и от них ребят закрывали части палубной надстройки, Сашок осторожно потянул из-за пояса ствол.

Так как Пётр стоял к нему лицом, то, забрав ствол, он засунул его за пояс спереди, прикрыв рубахой. Возиться с крючком Пётр не стал. Пояс штанов был достаточно тугим, и ствол держался надёжно. Нечаянно отстрелить себе яйца Пётр не опасался, всё же на курсах Конторы его поднатаскали обращению с оружием.

Теперь оставалось только ждать, что решит сходняк.

С каждой минутой напряжение всё нарастало. Время тянулось медленно, тягуче, как патока. Лениво, словно трудяга ослик где-нибудь в Средней Азии, еле тянущий тяжело гружённую арбузами или дынями арбу.

Петю всегда удивляло, почему время то летит вскачь, словно норовистый жеребец, то ползёт настолько медленно, что считаешь каждую минуту.

Прошло уже больше получаса с того момента, как Петя вышел на палубу. Нервничали не только они с Сашком, но и подельники Хлыста. Те никак не могли понять хорошо это или плохо, что их босс оставался внутри кораблика с ворами, а не вышел вместе с Петей.

Наконец, на палубу вышел Кудряш и направился к Пете. То, что за ним на палубу не вывалилась куча охранников, давало надежду, что прямо сейчас на теплоходике их мочить точно не будут, что бы не решила сходка.

— Ну ты отчудил, Пётр, — приблизившись к приятелям, проворчал Кудряш.

— Сам ведь говорил, что выход один, мочить Хлыста, — возразил Петя. — А так Хлыст вроде как жив, а вроде как и нет больше такого человека. Теперь за него никто не впишется.

— Верно-то оно верно, — согласился вор. — Только ты сильно рисковал. Если бы тебя не поддержали Жора и Баксёр, то неизвестно как бы дело повернулось. Как тебе вообще такое в голову пришло?

— Прижмёт и не такое придумаешь. Говорят, если зайца в цирке долго по голове бить, то он научиться на барабане стучать. Вот и пришлось выкручиваться. Как говорится: не мы такие, жизнь такая ©.

— Ну, значит смотри, фантазёр, какой расклад получается, — вздохнул Кудряш. — По Хлысту вопрос снялся. Не воровское это дело, язык марать про дела с чушкарём. Пусть его банда решает, что с ним теперь делать. Но и ты особо не радуйся. Вроде напрямую ты закон не нарушил, не мочканул его на сходке. Но выходка всё равно безобразная. Так или иначе, неуважение к людям ты проявил. Так что наказать тебя придётся. Порешили, что с тебя штраф в общак. Сто тысяч. Срок — две недели. Как, потянешь?

— Решим, — твёрдо отозвался Пётр.