|
Два фильма про монахиню и молодого парня, которые оказались вместе, сближенные опасностью. И еще: по телику сказали, что оба фильма впервые вышли на экран в 1957 году. Почему, собственно, он запомнил, что именно в 1957‑м? Ему это было ни к чему, просто Джек машинально отмечает такие вещи. В 1957‑м ему сровнялось двенадцать лет и он влюбился в свою классную руководительницу, сестру Мери Люсиль. Люсиль – Люси. И вот еще что. Лет десять спустя был без ума от Салли Филд (у нее такой славный маленький носик), а она играла в телесериале «Летучая монахиня», носила такой же чепец с крылышками, как и сестры милосердия, работающие в Карвиле.
Случайное совпадение или как? Девицы любят порассуждать о «знаках». Расскажи он что‑нибудь такое Хелен, она бы сказала: «Какой кошмар», особенно если б курнула косячок. Стройные ноги в модных джинсах заняли обычное положение на сиденье. – Амелите нужно в туалет. – Мы только‑только отъехали. – И что, вы не можете остановиться? Они еще даже не доехали до Сен‑Габриеля. Вон он впереди – блочные дома, две‑три машины дремлют на улицах, почти пустынных в воскресный день. Проехав развязку, Джек продолжал двигаться вперед, пока справа не показалась заправочная станция. Ни одной машины. Он свернул и остановился в тени под навесом. Так, туалет с другой стороны. Надо объехать здание бензозаправки, развернуться и оттуда по‑тихому провести Амелиту в дамскую комнату. На той стороне дороги стояло кафе. Четверо парней, болтавшихся на мостовой между легковушкой и грузовичком‑пикапом, повернули головы и лениво глазели на катафалк. То‑то будет у Сен‑Габриеля повод для сплетен на неделю: «Богом клянусь, эта девица вылезла из катафалка!» – Кажется, закрыто. Джек затормозил чересчур резко, и сестру Люси бросило вперед на приборный щиток. – Никого нет? Никого нет, двери закрыты. Мог бы сразу догадаться – выходной день, никого нет на месте. Внутри здания забыли выключить свет, луч пробивался сквозь оконное стекло, почти сплошь закрытое надписью: «Весеннее предложение – дешевые шины». На стеклянной двери были приклеены эмблемы «VISA» и других кредитных карточек, которые тут принимались для расчетов, и еще один хорошо знакомый Джеку символ: VAS Vidette Alarm System – сигнализация, защищающая здания от несанкционированного вторжения. Обветшавшее местечко, забытое богом. Что же остается? С другой стороны дороги кафе, но эти деревенские юнцы по‑прежнему таращатся на катафалк. Джек глянул в зеркало дальнего вида и увидел, как возле бензоколонки прямо за его катафалком остановилась машина. Черный «крайслер»‑седан. Эта машина ехала за ними от самого Карвиля. Парень в бежевом костюме вылез из‑за руля машины, пассажир присоединился к нему. Темноволосые ребята, латиносы. Сейчас их не видно, стоят вплотную за катафалком. – Скажите Амелите, пусть прикинется мертвой. Заприте двери. Быстрее! Сестра Люси четко выполнила приказ, не переспрашивая, даже не взглянув в его сторону. Когда один из латиносов заглянул в окошко с ее стороны, сестра Люси уже вновь приняла обычную позу. Коротышка постучал в окно и заговорил по‑испански. – Что вам нужно? – по‑английски спросила его монахиня. Парень снова зачастил по‑испански, а сестра Люси смотрела на него лицом к лицу, отделенная от него только оконным стеклом, и слушала, что он говорит. Мимо водительского окошка прошел второй человек, обогнул катафалк и встал впереди, преградив дорогу. Тоже маломерок, в нем фунтов сто тридцать. Это хорошо. Хуже другое – они хорошо одеты, в костюмы и стильные спортивные рубашки. Это не нищие иммигранты, собиратели бобов. Тот, который беседовал с сестрой Люси, был в темных очках, рубашке из тисненого шелка, причесочка из хорошей парикмахерской. |
