Когда Джек вернулся за руль, сестра Люси одарила его особым взглядом – не то чтобы уж прямо‑таки восторженным, но все же в ее глазах читалось уважение и благодарность, даже губы чуть‑чуть приоткрылись. Она ничего не сказала, молчал и Джек, пока не отъехал подальше от настойчивых воплей сирены. Тогда он проказливо усмехнулся:

– Потому‑то я и предпочитал грабить постояльцев в гостинице!

5

Свернув на Кэмп‑стрит, Джек сразу увидел прямо возле бесплатной кухни белый лимузин.

Он хотел как‑нибудь поизящнее сострить, легко так, с ходу. Хелен он мог бы сказать все, что в голову взбредет, например: «Похоже, здесь и впрямь повар что надо», но для Люси хотелось выдумать что‑нибудь поумнее.

Однако тут он заметил, что сестру Николе появление машины ничуть не удивило. Опять какая‑то загадка. Одолеваемый любопытством, Джек отвлекся на нее и ничего остроумного выжать из себя не сумел. Молча пересек улицу с односторонним движением и припарковал свой катафалк почти вплотную к лимузину. Из автомобиля вышел негр в шоферской ливрее.

– Папочка приехал, – вздохнула сестра Люси.

Тем самым загадка разрешилась – и та, прежняя, тоже. Если папочка разъезжает в длинном «кадиллаке», стало быть, монашка наша из весьма богатой семьи, а она‑то ни словом об этом не обмолвилась. Теперь ясно, почему она вот так, без проблем, взяла и купила «фольксваген» в Никарагуа, а он‑то ломал себе голову, откуда у нее взялись деньги. С другой стороны, монахини ведь дают обет бедности, а не только целомудрия и воздержания… Ну вот, упустил такой случай сострить. Сестра Люси уже вышла из кабины катафалка и двинулась навстречу отцу.

Папочка легко выскочил из машины – этакий бодрячок, из тех жилистых ребят, что и после пятидесяти выглядят подростками. Стоит себе вольготно, раскрыв объятия навстречу дочери, но локти прижал к бокам – уверенный в себе, всегда готовый к действию человек. Голову чуть наклонил, словно позируя.

– Привет, сестрица! Выглядишь просто шикарно!

Этакий пижон, разъезжает в лимузине, носит куртку из телячьей кожи ручной выделки, сшитые на заказ джинсы низко сидят на бедрах, на ногах ковбойские ботинки. Экс‑чемпион родео или кинопродюсер? Продюсеров Джек часто видел в Новом Орлеане, они все больше снимают во Французском квартале. Черт, вот кем ему следовало стать – кинозвездой!.. Сестра Люси приблизилась к отцу, поцеловала его в щеку, отец прижал ее к груди. Что‑то странное, немного неестественное было в этой сцене. Папаша похлопал ее по спине большой толстопалой ладонью, на пальце сверкнуло кольцо с бриллиантом – Джек напряг зрение, пытаясь оценить величину и стоимость камня. Теперь они о чем‑то беседуют, папа держит ее за руку. Повезло сестре Люси, что не унаследовала папочкин нос.

Джек обернулся и опустил стекло, отделявшее кабину от внутренней части катафалка. Амелита так и лежала в пластиковом мешке, только голова чуть‑чуть выглядывала.

– Ты как?

Она что‑то пробормотала в ответ, слегка пошевелилась.

– Держись. Уже недолго.

Какая терпеливая девочка. Глаза хоть и не как у оленухи, но очень красивые, карие, с влажным блеском.

Они договорились высадить здесь Люси, чтобы она могла забрать свою машину. Люси так и сказала: «моя машина». Опять концы с концами не сходятся – как же обет бедности? Ладно, добавим и этот вопрос к общему списку, быть может, когда‑нибудь удастся все выяснить. Пока что Джек должен отвезти Амелиту в погребальную контору, а сестра Люси доберется туда своим ходом. План как план. К семи в конторе будет Лео. Сейчас без четверти.

Сестра Люси поманила его рукой.