Ом-ном-ном! Как же здорово есть!

Прожевал, насадил картофелину на вилку и откусил. От жёлтой мякоти сразу повалил пар, а язык обожгло горяченьким. Так бы ел и ел.

Запил вкуснющим вишнёвым киселем и снова набил рот мясцом. Как и девчонки. Лакросса ела, соблюдая все правила этикета: держала вилку в левой руке, нож в правой и нарезала мясо на маленькие кусочки, прежде чем отправить их в рот. Настоящая леди, так и не скажешь, что с гор спустилась. А княжна Онежская прямо наоборот, извазюкалась в соусе по самое не могу. И это аристократка? Ох, что с ней будет, если я ей мясо приготовлю в походе. Тот же плов, например.

Точно! Надо не забыть закупить специй с собой и всяких алхимических зелий. Первое для еды, а второе на всякий случай.

Агнес же ела, запихивая еду в рот, покуда та запихивалась. Отчего гоблинша становилась похожа на хомяка с надутыми щеками.

Хотя, наверно, я не особо от них отличался в этот момент. Тоже снова набил рот телятиной.

И именно сейчас, в этот момент, не раньше, не позже к нашему столику подошёл Хлыстов с дружками. Ну тот блондин, который голову в унитазе моет. Запах от него всё ещё ощущался, мягко говоря, не очень приятный. Сразу аппетит испортил.

— Дубов, ты нанёс мне и княжескому роду Хлыстовых сильнейшее оскорбление!

— Фаф? Фофда? — прочавкал я. И чуть не подавился. Тяжело говорить с набитым ртом.

— Когда? Тогда, когда… — и тут он заткнулся и покраснел, так как на нас начали оборачиваться другие студенты. — Ты знаешь когда, полукровка! И этот позор я могу смыть только твоей кровью. Поэтому…

Хлыстов огляделся, наклонился ко мне и сказал тише, чтобы другие студенты не слышали. А я отчаянно пытался проглотить мясо. И не мог. Ну это же кощунство — глотать, не насладившись вкусом!

— Я вызываю тебя на дуэль!

— Ах фы, фука! Фы у феня фофляфефь!

— Но… дуэли же запрещены между учениками? — подняла от тарелки грязную мордочку княжна. — Под угрозой отчисления.

— Плевать, — отмахнулся княжич. — Моя жизнь — мои правила. Лучше умереть стоя, чем жить на коленях.

— Ауф! — закончил я за него и, наконец, проглотил еду. — Ладно, Хлыстов, говори время и место, а выбор оружия за мной.

— В воскресенье. Я пришлю нарочного с указанием места, чтобы ты не успел туда полицию согнать. И приходи один. Мы тоже одни придём.

Памятуя драку в раздевалке, я согласился, что их квартет сойдёт за одного нормального бойца.

— Вы же должны биться на городской арене, — снова подала голос княжна.

— Ха, чтобы о нашей дуэли узнал директор? Нет уж, сразимся без свидетелей. Ты согласен, Дубов?

Я пожал плечами.

— Согласен. Не хочу, чтобы число жертв превысило трёх.

— Трёх? — удивилась Агнес. — Почему трёх? Их же четверо.

— Четвёртый повезёт остальных в больницу.

— Твоя самонадеянность не знает границ, Дубов. Увидимся на дуэли и знай, что в этот раз я буду к ней готов!

— Завещание напишешь?

Блондинчик злобно фыркнул, развернулся, взмахнув вонючими волосами, и ушёл. Как и его дружки. Нет, я вообще-то не шутил — завещание в таких случаях не помешает, особенно, если собрался драться с Дубовым. Но, честно говоря, убивать их я в самом деле не собирался. Знал, что с первого раза урок не поймут, и ожидал чего-то такого. Только вот подловил он меня очень вовремя. Так бы шиш ему, а не дуэль. Не люблю дуэли! Но раз он произнёс это вслух при свидетелях, отвертеться не получится. Лишь бы учителя не узнали о нарушении правил академии и не отчислили.

После обеда сходил ещё на лекцию по физике, которая была общей для всех факультетов, а после вернулся к себе в комнату. Судя по тому, что я ничего не понял на занятии, я неплохо так отстал.