Враг зашипел и снова бросился вперёд. Я бросил ему под ноги морозное зелье, но он легко взмыл в воздух и пролетел над моей головой. По крайней мере попытался. Я схватил его за шкирку и приложил об землю. Не прошло и секунды, как белый наёмник вскочил на ноги и с визгом атаковал. Мечи сверкали и свистели, разрезая воздух. Я уворачивался, но сюрикены сковывали мои движения. Так что мою кожу уже усеивали глубокие кровоточащие порезы.

Постепенно он загнал меня в лес. Никого вокруг не было. Наёмники и студенты академии попрятались, опасаясь попасть под горячую руку.

Подловил узкоглазого на взмахе, позволил оцарапать мне плечо, но при этом обернулся вокруг себя и приложил его в спину молотом.

— Ампф! — враг впечатался в ствол дерева и сверху на него посыпались шишки. Он заорал. — Кия-а-а!

Клинки прошли сквозь парные деревья, не встретив сопротивления. Две сосны с треском рухнули на мягкую подстилку. А я вдруг ощутил боль этих деревьев. Лес всё понимал. Почувствовал, как неизведанная энергия поднимается от корней и земли и проникает в меня. Лес помогал.

Я отразил несколько ударов и пнул землю. Облако грязи, пыли, камней и прошлогодних иголок накрыло врага и ослепило его на миг. Быстро разбил морозное зелье о молот и ткнул в китайца. Взрыв ледяной маны отбросил его назад и приложил хребтом об дерево. Но даже это не остановило наемника, а только привело в ещё большее бешенство. Я счёл благоразумным снова отступить, чтобы заставить его потратить больше сил. Вот устанет, тогда и прикончу.

Желтолицый неистово атаковал. Деревья вокруг падали, сражённые его оружием. Он использовал их, роняя на меня или вовсе подпрыгивая и отталкиваясь от стволов, чтобы атаковать меня с разных направлений. Я не отвечал, только блокировал удары, уворачивался и копил ману. А её было много. Руны на молоте ярко сияли изумрудным светом. Воздух вокруг оружия вибрировал от накопленной мощи.

Схватка перешла глубоко в лес, где росли старые и кривые деревья. Солнце скрылось далеко вверху. В этой части рощи было темно и прохладно, и только наше оружие и его броня ярко сияли.

Вдруг из ниоткуда вынырнула огромная волчица и бросилась на моего врага. Я узнал хищницу, ту самую, что спас от голодного Дорофеева неделю назад.

— Нет! — отчаянно крикнул я.

Дура, он же её убьёт!

Волчица с рычанием вцепилась в китайца, огромные челюсти сомкнулись на правой руке наёмника. Брызнула кровь. Он глухо заорал сквозь маску и полоснул мечом по глазам зверя. Она отскочила и заскулила, мотая башкой. Её морду заливала кровь.

— Ах ты падла! — взревел я и в два прыжка оказался возле него.

Я двигался так быстро, что враг только начал поворачивать голову. От души врезал молотом по его груди. Удар итак был силён, но ещё и взрыв маны добавил наёмнику ускорения. Его отбросило назад и несколько раз треснуло об землю. Но приземлился он всё же на две ноги и одну руку. Вторая висела, истекая кровью. Узкоглазый кашлянул и на его белой маске появились красные пятна. Броня груди была помята ударом и тускло светила.

— Я — твой смерть, Дубов! — процедил гад.

Снова атаковал меня, но один меч отбивать было уже легче, однако двигался он будто в два раза быстрее. Мне пришлось тоже ускориться, сжигая накопленную ману леса. Волчица попыталась атаковать моего противника, но с залитыми кровью глазами плохо прицелилась. Клацнула зубами возле его головы. Желтолицый одним метким пинком с разворота отправил четырёхметровое животное в полёт. Она улетела, ломая кусты и ветки. Я не успел что-либо сделать, и китаец снова накинулся на меня.

— Стой… — процедил я, со звоном отбивая сверкающий клинок. — Да… подожди… ты…

— Сто такое, Дубов? — ядовито процедил наёмник, замедлившись.