Другой воин с крупнокалиберной винтовкой, длиной с него ростом, кивнул и перекинул зубочистку из одного уголка рта в другой.

— Всем всё ясно? Прикрываем друг друга, свидетелей не оставляем.

— Так точно, командир, — хором отозвались бойцы.

— Выдвигаемся. И помните: ни слова по-русски.

— Ok, sir! — отозвался щуплый, самый балагур из них.

Они сняли оружие с предохранителей и двинулись через лес к стенам академии. Но не прошли и половины расстояния, как командир снова приказал остановиться. Дал сигнал пристегнуть к шлемам очки ночного видения. И то, что увидели воины, поразило их.

В лесу было полно народу! Он буквально кишел какими-то непонятными людьми, которые ручейками стекались к воротам академии. Командир дал сигнал скрытно проследить за чужаками, и отряд двинулся, не издавая ни звука. Всё-таки это были лучшие дружинники Светлейшего князя. И самые верные, которые чтили его даже больше, чем Императора.

Чужаки были примерно одной расы. Смуглые, с чёрными как смоль бородами и замотанные в тряпки, что сливались цветом с листвой деревьев. Все были вооружены лёгким стрелковым оружием, на поясах болтались ятаганы, кривые ножи и секиры. Они переговаривались тихо и на незнакомом языке.

Отряд проследил за потоком людей до ворот. И замер в нескольких сотнях метров. Охраны в академии будто вообще не было. Или её уже убили. Несколько ящиков пришельцы сложили возле ворот. От них шло голубоватое свечение. Вдруг люди с криками начали разбегаться. Они больше не скрывались.

— Какого х… — начал говорить командир.

Аглай его перебил:

— You say «No Russian», sir!

— Заткнись, Аглай, — прошипел мужчина. — Что они…

А в следующую секунду грохнул взрыв. Ворота академии буквально испарились в яркой вспышке, отряд уронило ударной волной. Огромные куски каменной кладки взмыли в небо и с грохотом начали падать вниз. Несколько из них улетели в сторону самой академии, парочка упала на тех, кто взорвал большие створки. У командира звенело в ушах.

Он потряс головой, и звон начал стихать.

— Твою мать… — процедил он. — Меняем план! В бой не вступаем, ищем цели и бьём так, чтобы подумали на этих придурков. Если они ослабят Дубова, нам это только на руку.

* * *

Окраина Пятигорска

В это же время

— Мы не успели… — упал на колени герцог. — Они взорвали академию.

— Ты видишь академию? — спросил Билибина.

— Нет.

— И я нет. А она есть. — Я рывком поднял его на ноги. — Пока лично не увижу обратное, не поверю. Я иду туда! Ты со мной?

Герцог кивнул, и мы бросились бежать. Я выпил зелье маны, чтобы была энергия, которую я направлял в ноги. Бежал так быстро, что ветер свистел в ушах. Сначала Билибин бежал рядом, затем крикнул:

— Я сейчас! — и исчез, воспользовавшись Инсектом.

Через минуту бега по пустым улицам мне навстречу вылетел скоростной кабриолет. За рулём сидел герцог. Я запрыгнул в кузов, и он, буксуя, рванул с места. Я водить не умел, поэтому завороженно наблюдал, как идеально и чётко аристократ обращается с рулём, педалями и рычагом передач.

Машина ускорялась всё больше. Неслась по улица города, постоянно сигналя. Встречные машины сворачивали на тротуары, чтобы пропустить нас, лошади, запряженные в конные экипажи, ржали от страха и топали копытами, люди бросались врассыпную, а герцог лавировал между препятствиями.

На узкой улице нам преградила дорогу старушка с палочкой, которая очень медленно переходила улицу. Максим Андреевич нетерпеливо посигналил ей.