Дриада стояла поодаль, прячась за деревом.

— А? Господин? — непонимающе наклонила голову Вероника.

— Просто позови паука. Ничего не бойся.

— Почему я должна бояться?.. — прошептала она, затем громко крикнула: — Паучок!

Ничего не произошло. Вероника стала подпрыгивать и махать руками, глядя в сторону чердака.

— Паучок, выходи! Эй, паучок! — задорно кричала она.

Трудно поверить, что не так давно она боялась Ледяных крыс, а тут заигрывает с гигантским Арахнидом.

Дверцы сверху распахнулись, осыпав меня щепками. Выглянула глазастая тварь.

— Ой… — обомлела Вероника, прижав ладони ко рту.

Ну вот! Она всё-таки нормальная и, как все нормальные люди, боится больших пауков.

Но я рано обрадовался.

— Какой милаха! — почти взвизгнула она, подпрыгивая.

Вдруг сверху выстрелила паутина и обвилась вокруг её лодыжек.

— Ой! Г-господин? — неуверенно взглянула на меня синеглазка.

Белёсая нить натянулась и повалила девушку на землю. Её потащило к дому.

В принципе, я так и планировал.

Подпрыгнул, схватил висящую надо мной паутину и дёрнул. Паук вылетел пушистой жопой вперёд, как пробка из шампанского, и врезался в дерево, из-за которого с визгом выскочила дриада. Арахнид гулко бухнулся на спину и засучил тонкими волосатыми ногами, пытаясь перевернуться.

При это он издавал яростный, недовольный стрёкот. На свету он стал казаться меньше, чем в темноте. Высотой под метр, в длину чуть больше. Довольно компактный, если не считать, что пауки такого размера не имеют права на существование. Хотя в глухих лесах и не такое можно встретить. Полуженщину-полуукроп, например.

Интересно, а внизу у неё тоже мох растёт?

Внезапная мысль меня так отвлекла, что я чуть не пропустил момент, когда паук встал на ноги. К счастью, не пропустил и подскочил к нему, накинув сверху палатку, как мешок. Быстро затянул конец. Тварь внутри барахталась и яростно щёлкала жвалами, но выбраться не могла.

— Ты ведь всё-таки не убьёшь его? — тихо и с опаской спросила подошедшая Мария.

— Господин хороший! Он не убивает просто так! — Вероника кинулась мне на шею и поцеловала в губы. Еле оттащил. Дриада отвела взгляд.

Вместе с Вероникой пошли в город. Я нёс за спиной бушующего паука. Но ткань у палатки была что надо, проверено птицей Рукх, так что не выберется.

Лес гудел, осыпая нас снегом и скрипя стволами сосен. Вокруг стояла уже почти зимняя тишина, хоть и была лишь середина октября. Но мы, похоже, сильно забрались на север. Холод с океана добирался сюда раньше.

За полчаса добрались до окраины города. Табличка с его названием проржавела насквозь и покосилась. Я размахнулся и зашвырнул мешок на ближайший дом. Точнее, его остатки. Из мешка донеслись недовольные писки и повизгивание. Паук выбрался из ловушки и злобно зыркнул сразу всеми глазами. Сполз по стене и исчез в оконном проёме, напоследок высунувшись и сердито прострекотав.

— А он не замёрзнет? — обеспокоенно спросила Вероника.

— Не думаю. Шерсть, как у овчарки, да и время подготовиться к спячке у него есть. Его могла бы съесть птица Рукх, но её больше нет.

Ещё через полчаса мы вернулись в дом. Внутри стало теплее. В камине уютно трещали несколько поленьев, пахло чем-то очень вкусным и… овощным. Дриада готовила обед. Ладно, один раз, как говорится, не вегетариас.

Взглянул на волчонка — вид у него был голодный. Он нетерпеливо долбил хвостом по полу. Про его-то потребности я совсем забыл.

Поманил Альфача и вышел с ним на улицу. Скормил остатки шашлыка, потому что растущему организму нужнее, а нам с девчонками я ещё поймаю какую-нибудь дичь.