Девушка заметила, что в моих словах стало меньше скепсиса и больше любопытства. Она немного расслабилась и положила руки на стол. Тихонько потрескивала старая печка, остывая. Холод забирался в жилище.

— Почти так и есть, — кивнула дриада. — Инсект — что-то вроде симбионта, он обладает подобием разума. Просто мы его не слышим.

— Я думал, ману производят клетки организма. По крайней мере, так рассказывал фельдшер в академии, когда осматривал меня.

Дриада едва заметно улыбнулась:

— Они не производят ману, они берут её из Духовного пространства. Помнишь, я ведь сказала, что мы одновременно существуем и тут, и там.

Я потряс головой:

— Это выше моего понимания.

— Потому что ты не Духовный практик, — победно улыбнулась Маша. Янтарные глаза её сверкнули в холодном сумраке маленькой кухни.

— Хорошо. — Я наклонился вперёд и положил руку на стол рядом с её ладонью. Она была меньше моей раза в три, если не больше. Маленькая и аккуратная. Казалось, если положить мою руку сверху, то я раздавлю её. — Предположим, это правда. Так что всё это значит? Что духовные практики упрочняют свою связь с Инсектом и становятся сильнее?

— Вроде того. Можно стать сильнее и другими способами, конечно. Алхимия, зелья и тому подобное, что улучшает свойства физического тела. Но рано или поздно любой человек наталкивается на свой предел. Повысить его можно только духовными практиками. Медитации, астральные путешествия…

Я снова потряс головой и нахмурился:

— А как со мной это связано? И с тем… что мой Инсект пропал?

Да, я сказал это вслух. Даже будто легче стало. Словно сбросил с плеч огромный камень, а с ног сорвал тяжёлые оковы.

Дриада помолчала с минуту, собралась с мыслями, затем продолжила:

— Когда я прикоснулась к твоей руке, — она занесла ладонь над моей рукой, поведя пальцами, словно коснувшись невидимых струн, — я прикоснулась к твоей душе. Это она обожгла меня. Твой Инсект… — она легонько коснулась кончиком указательного пальца тыльной стороны моей ладони и нежно провела сверху вниз. При этом она прикрыла глаза и слегка поморщилась, будто ей было больно. — Он зол на тебя. Ты чуть было не убил его.

— Чёрт… — прорычал я, сжимая кулак.

Дриада отдёрнула руку.

Я сразу понял, о чём она. Это зелье Огненного Берсерка, которое я использовал, чтобы спасти друзей при нападении на академию. И как теперь с ним помириться?

— Я не знаю, — повела плечами Маша. Волосы-змейки скользнули с плеч. Видимо, на моём лице отпечатался вопрос. — Одно могу сказать с уверенностью: тебе нужно найти способ попасть в Духовное пространство и… не знаю, поговорить с ним? Хотя вряд ли это получится, они обычно неразговорчивы. Их разум, — она нахмурилась, подбирая аналогию, — похож на сгусток противоречивых эмоций. В общем, сам увидишь. Но я тут тебе не помощник. Это долгий путь, а времени у тебя нет. Инсект может не вернуться никогда, отделившись от тебя.

Мда, а перспективы всё лучше и лучше. И почему отец не писал ни о чём подобном в своём дневнике? Или не знал?

— Мой отец писал в дневнике о Дубовой роще, как о знаковом месте для нашего рода.

Дриада откинулась на спинку старого стула, обитого тонкой тканью, и прикоснулась пальчиком к виску.

— Наверно, так и есть. Думаю, я его даже видела. Издалека. Иногда здесь появляются люди, но я их избегаю, потому что знаю, какую реакцию вызывает моя внешность.

Я наклонил голову набок, словно не понимая, о чём она говорит.

— Какую? — спросил максимально невинно.