На миг яркий луч ослепил Зул-Гарака. Он давно не видел свет. Но вскоре четыре пары его глаз привыкли, и он узрел пищу, достойную самого бога.

Их было двое. Впереди шёл гигант, чья голова едва не касалась потолка. За ним семенил шерстяной зверь, подозрительно водивший носом. Вот это добыча. Не та мелочь, что попадалась ему обычно.

На миг Зул даже засомневался, по зубам ли ему эта дичь? Но быстро отмёл все сомнения, спешно заканчивая большую сеть.

После этого он поднялся на самый верх, чтобы скрыться с глаз добычи, пока та не заметила его. Отсюда, когда они попадут в расставленные сети, он сможет атаковать их и вонзить своё ядовитое жало в нежные тушки.

Да. Да! Да!!!

Зул-Гарак уже почти ощущал, как его жвалы отрывают от ещё трепещущей плоти куски мяса.

Жертвы уже почти в его сетях. Пора атаковать. Вот сейчас! Трепещите перед мощью Зул-Гарака! Он резко спустился по паутине вниз и явил свой божественный облик в круг яркого света.

— Фу, блин, опять паутина, — прогрохотал гигант непонятные звуки и махнул рукой.

Идеальная сеть была разорвана в мгновение ока. Нет! Эта тварь за всё поплатится!

Зул-Гарак угрожающе затрещал жвалами, готовый наброситься на добычу.

— Господи, да когда эти пауки уже кончатся!

Огромная рука, обладающая неистовой мощью, смела его! Зул в последний момент уцепился крючьями на лапках за кожу гиганта и, быстро перебирая всеми лапами, поднялся по руке к шее. Нашёл место, где трепыхался под кожей капилляр, и приготовился вонзить в него отравленное жало.

Всего пары секунд хватит, чтобы чудовище, осквернившее его паутину, пало, задыхаясь от удушья!

Зул ударил. Ай! Кожа слишком толстая! Он чуть жало себе не сломал!

— Чё за… — прозвучал голос, и большая рука звонко шлёпнула по шее, где сидел Зул-Гарак.

Но там его уже не было. Он спрятался в меховой накидке пришельца и теперь ждал своего часа, когда найдёт у него слабое место.

* * *

— Пауки достали, — ворчал я, снимая с себя очередной шмат паутины.

А было её здесь столько, что хоть платья шей в промышленных масштабах. И кого только эти пауки жрали, чтобы столько паутины производить?

С Альфачиком мы шли по обычному гномскому тоннелю. Обычному, за исключением полной темноты. В Гилленморе в стенах горели специальные кристаллы, но, видимо, их нужно было время от времени менять, потому что здесь они почти не светились. Только изредка встречались те, что едва-едва тлели, не давая толком никакого света.

Темнота стояла полнейшая. Луч фонарика выхватывал стены впереди. Некоторые блестели влагой, другие были сухими. Мои шаги гулким эхом разносились по коридору, затихая где-то в дали. Иногда был слышен плеск воды, будто недалеко находилось подземное озеро. Или просто лужа. Тихонько цокали когти Альфачика. Он не чуял опасности и вёл себя спокойно.

Этот тоннель шёл выше уровня основного гномского города. Я надеялся, что так и останется. Я просто пересеку горы под землёй и, может, к вечеру выйду с той стороны. Время от времени я сверялся с картами Торвальда, чтобы выбрать, где сворачивать на очередной развилке.

Не знаю, сколько времени мы так шли. Может, час. А может, уже неделю. Время здесь ощущалось иначе.

Вдруг Альфачик насторожился. А затем и мои уши уловили металлический лязг. И он быстро приближался. Мы стояли на развилке, и звук доносился из левого коридора, в который нам и нужно было попасть.

Похоже, это был один из защитных механизмов гномов. С Лютоволком мы нырнули в правый тоннель и поспешили отойти подальше. Торвальд предупредил, что вступать в сражение с механизмами не стоит. Иначе об этом узнают остальные защитники, и на нас начнётся охота. Перспектива пробиваться с боем через весь подземный город не радовала.