— То, что надо, Ваше Благородие! — разулыбался седой воин и повернулся к своим парням. — Ну, чего встали? Давай разбирать короб! Доспех должен быть готов через пятнадцать минут! Живее, живее!

Оставил Никона разбираться со своей реликвией и спустился в бункер архива. Сверху в круглую крышу светило утреннее солнце, внизу росло молодое деревце, похожее на то, из которого в Дубовой роще вышла Мать Леса. Только поменьше размером. У его ствола уже сидели и болтали девушки, обсуждая… меня. Ну конечно, кого же ещё⁈ При моём появлении резко замолчали.

Здесь же были и Гоша с Альфачиком, и Верещагин, рассматривавший полки с книгами.

Под их взглядами притащил и поставил в центр образованного круга котелок с зельем и черпаком.

— Пилюли! — скомандовал я.

Все синхронно закинули пилюли в рот и проглотили, морщась от горького вкуса. И я тоже. По одной штучке закинул в пасти и Лютоволку с пауком. Дождался, когда пилюли начали действовать. На животных этого не было заметно, но вены на руках — моих и девушек с Верещагиным — заметно вздулись, дыхание участилось, а кровь забурлила в жилах. Энергия буквально распирала. Альфачик и Гоша тоже пришли в возбуждение, но я мысленно приказал им не двигаться. Влил каждому по чарке в их пасти. А через секунду согнулся от боли, которая ударила по мне, как огромный таран.

— Чёрт… Будет больно… — едва смог выдавить я.

— Ау-у-у! — взвыл Альфачик.

— Кц-кц-кц!!! — затрещал жвалами Гоша.

А потом обоих окутали коконы, проросшие прямо из их спин. И они стали похожи на гигантские жёлуди, торчащие прямо из пола. Да, внизу выросли штуки, похожие на шкурку для желудей.

Девушки испуганно переглянулись, Алексей же смотрел из-за своей маски хладнокровно.

— Я готова! — первой опомнилась княжна, подставляя кружку, которые все принесли с собой.

— И я! И я! — доносилось от каждой девушки.

— Если я последний из рода… — тихо сказал Верещагин. — Наполни мой бокал… друг.

— Ну, понеслась, — крякнул я, разливая из глиняной чарки тёмно-коричневое зелье. Оно ещё больше настоялось, стало густым и почти чёрным с белыми прожилками.

Последним выпил я. Поэтому видел, как лица девушки кривились от боли, слышал, как они кричали, а затем их окутали желудёвые коконы. Только Верещагин стойко и молча перенёс эффект зелья.

А потом и меня накрыло волной дикой боли. Меня будто в вулкан окунули и хорошенько там поболтали. Всё тело словно объяло пламенем. Из спины начал появляться кокон.

Вдруг в моё сознание прорвался торопливый голос дриады:

«Коля! Ты слышишь? Наконец-то я смогла связаться с тобой! Это полный пи***ц! Дриады захвачены! Они восстали и подняли полчища монстров против людей! Я и другие дриады, сохранившие разум, пытались им помешать, но мы не смогли выстоять. Я отвела их от крупных городов, но теперь они преследуют меня! Без тебя мне не выстоять! Коля! Мне нужна помощь! Ты слышишь? Коля!»

Да твою ж мать… Хотел бы я ответить, но не мог. Кокон сомкнулся вокруг меня, и голос дриады исчез из головы. А потом темноту развеял яркий белый свет.

Глава 20

Кабинет князя Деникина

Примерно в это же время

Роскошная некогда мебель была поломана, большое зеркало в золотой оправе — разбито, а пол усеивали осколки. Убранство кабинета просто перестало существовать. Словно прямо здесь разыгралось сражение. Подтверждали это и пулевые отверстия в стенах, дереве и вообще где только можно. Будто из пулемёта целый короб высадили. Снаружи ещё доносились звуки сражения.

Князь Деникин сидел за обгоревшим столом, который был перевёрнут во время короткой схватки и затем поставлен обратно.