Я пожал плечами и сказал:

— Можно убить двух зайцев.

Позволил ей взять учебные материалы, потом развернул, нагнул, чтобы её лицо было над столом, и продолжил своё дело. Спустя ещё некоторое весьма продолжительное время — третий раз всё-таки, — я сделался усталым, но весьма довольным. А Лариса слегка охрипла. Её голое тело блестело от пота, а грудь часто вздымалась.

— Почему я? — спросил из чистого любопытства.

— Ты производишь впечатление бывалого человека, а путаться с детишками аристократов, — говорила Лариса с сексуальной хрипотцой, — которые только вынули мамкину сиську изо рта, скучно и чревато проблемами. В учителя академии неохотно берут аристократов. Закон защищает такие рода, но сам понимаешь… Какой-нибудь ученик обидится, что предмет вожделения отверг его, начнёт мстить, но не учителю, а его или её роду. Академии не нужны лишние разбирательства, вот и отдают предпочтение безродным, но способным простолюдинам вроде меня. А представляешь, какие будут проблемы у меня, если вдруг сын какого-нибудь князя влюбится в простолюдинку и захочет жениться на ней? Хорошо, если просто уволят. А могут избавиться и более радикальными методами. А я, между прочим, взрослая женщина, и у меня есть потребности. И научный интерес, который на сегодня сполна удовлетворён.

Пальчиком она игралась с кудряшками на моей груди, а я поглаживал её спину и попку. Да, позаниматься делами учебными ей так и не удалось. Не смогла не участвовать в процессе. Вообще, я был удивлён, что она выдержала этот марафон. Выходит, проблема потребностей, о которой она упомянула, стояла в полной рост уже достаточно долго.

В окне я увидел кусочек светлеющего неба и понял, что мне пора. Я помог Ларисе собрать одежду, оделся сам и вернулся в свою комнату, пообещав напоследок заглядывать на дополнительные занятия. В общаге успел урвать пару часов сна и проснулся бодрым, как никогда. Зелье всё ещё действовало, но большая часть побочного эффекта снялась этой ночью. Я принял душ и отправился на станцию, с которой отходил поезд до Пятигорска. На ту самую, что была выдолблена прямо в горе. Хотя, скорее всего, для неё использовалась большая пещера природного происхождения.

Паровоз пыхтел, выпуская клубы пара под каменный свод. Там они оседали капельками влаги и изредка капали обратно, стуча по крыше вагонов. Серый свет дня проникал сюда через вход в пещеру, который был достаточно огромным. По сути, пещера от входа постепенно сужалась и смыкалась где-то в глубине горы, где находился отстойник для паровозов академии. В вагоны постепенно втягивались гусеницы очередей из учеников и некоторых преподавателей. Проезд для всех был бесплатным. Поезд ходил один раз в день: утром туда и вечером обратно. В целом, ночь я планировал провести в городе. Ночной Пятигорск мог стать кладезем возможностей заработать. В хорошем смысле. Грабежами не занимаюсь принципиально, а вот помочь их избежать за небольшую мзду всегда готов.

В конце концов, я зашёл в один из вагонов и занял свободное купе. Но не успел я присеть, как внутрь ворвалась княжна Онежская и повисла у меня на шее.

— Коля! — кричала она, махая ножками в шерстяных гетрах. — Я ночью так замёрзла… где ты был?

— Занимался биологией. А ты, княжна, опять ломилась ко мне в комнату?

— Ага, — хихикнула она. — Если честно, хотела извиниться, что сбежала тогда.

Она сидела у меня на коленях, положив голову мне на грудь.

— Я… испугалась, когда ты… он… вы проснулись. Не думала, что бывают такие. Боялась, ты захочешь со мной… — Василиса понурила голову и тыкала указательным пальцем в другой указательный палец.

— Я бы никогда…

— Знаю. Говорю же, испугалась просто.

Княжна улыбнулась мне и снова положила голову на грудь.