Хотя сомневаюсь, что, на какое-то путное оружие хватит двух сотен. Да, и ещё я обещал Агнес встретиться с её братом. Пока не знаю, зачем мне это, но, учитывая, что у него есть биплан, он может оказаться полезен в охоте на монстров. И Агнес обижать не хотелось. Пусть подобными вещами всякие Михайловы занимаются.

Я понял, что не могу вспомнить, как называлось кафе, где мы должны встретиться после полудня. Поэтому развернул карту и посмотрел, где находится наибольшее количество таких заведений. Что ж, нужно следовать до центра через район с торговыми рядами. Шишбурун располагался недалеко от центра Пятигорска, так что я решил пройтись пешком.

Торговыми рядами оказались три параллельные улицы из близко поставленных небольших домов. Настолько близко, что между некоторыми даже руку нельзя было просунуть. По крайней мере мою. Торговцы и ремесленники из первых этажей сделали магазины, а на следующих поселились сами.

Я выбрал среднюю улицу и пошёл по ней. Народу было много, но в основном все кучковались возле лавок, пробовали товар, спорили о цене или праздно шатались, осматривая всё подряд. Моё внимание сразу привлёк магазин с вывеской в виде огромного лосося. Я замер, не в силах отвести взгляд от витрины.

Я понял, что влюбился окончательно и бесповоротно. На зелёном, как речная тина, бархате лежала удочка. Не просто удочка, а Удочка! С набором блёсен и снастей рядом, со сменными катушками с лесками под любую рыбу. Крючки разных калибров. А сама удочка, раздвижная выглядела как настоящее произведение искусства.

— Отличный выбор, — вдруг сказал кто-то справа.

Я повернул голову и никого не видел. Скосил глаза вниз. Рядом стоял зеленокожий гоблин в джинсах с подтяжками и светло-оранжевой рубашке с фиолетовой бабочкой. Сам гоблин имел вздёрнутый нос, карие глаза и чёрные волосы. На подбородке торчала маленькая бородка, издалека похожая на пятно мазута. — Телескопическая удочка, основной корпус из заговорённого металла, колена из металла саранчи способны выдержать тонну Серебряного тунца, горячая смена катушек, про набор блёсен и крючков молчу, главное не они.

— А вы разбираетесь… — я сделал паузу для его имени.

— Герхард. Герхард Шмидт. Да, люблю рыбалку и мечтаю купить эту удочку. Но цена.

Я не смотрел на ценник, не хотел, но после его слов взглянул. Десять тысяч. На эти деньги можно купить дом.

— А вы, полагаю, Николай Дубов?

— Угадали.

— Агнес много о вас рассказывала. Все уши прожужжала. Что ж, приятно узнать, что с будущем зятем уже есть что-то общее.

Увидев моё кислое лицо, рассмеялся:

— Я шучу. Пойдём, Николай, кафе уже недалеко.

Пока шли, успели перейти на «ты». Внутри кафе, обставленного в южном стиле, с маленькими окошками и мозаиками на стенах, уже ждала Агнес. Она обняла меня и чмокнулы в губы так быстро, что я опять не успел ничего сделать. Мелкая и шустрая, зараза.

Мы немного поболтали о том, о сём. Нам было что обсудить с Герхардом, учитывая его опыт в рыбалке. Он оценил титановую удочку моего отца, которой пользовался я, а я в свою очередь рассказал о встрече с Императорским лещом.

— Говорят, эта рыба может прожить тысячу лет. Только она появилась всего семьсот лет назад, так что никто не проверял, — пошутил он.

Мне это показалось забавным, и я тоже улыбнулся. Агнес сидела за столиком сбоку от нас и с улыбкой смотрела то на одного, то на другого. Пришёл официант, и мы сделали заказ. Цены мне показались невысокими, если учитывать сколько я заработал за ночь в Шишбуруне. В последний раз, кстати, ел я именно там, так что уже успел жутко проголодаться. Заказал двойную шаурму и томлёного ягнёнка.