Потом запрыгал, разглядывая в отражении клинков, торчащих из передних конечностей, своё отражение. Искрящиеся на спине лезвия раскрылись в кучу тех самых зонтов, с которыми бегали до этого менады.

Купола зонтов закрутились, как пропеллеры, богомол весь затрещал, засвиристел…

– Несладкий!!! – десятки голосов менад взревели, разом показав лица сквозь хитин.

– Кто здесь несладкий?!

– Противный!!!

А потом богомол стал кромсать сам себя. Клинками по лицу, по глазам… Задние крылья-зонты раскрутились особо сильно, и монстр вдруг запрокинулся, опустил плечи, выгнул шею назад, погружаясь в облако вихрящейся смерти…

Только тёмно-зелёная кровь брызнула взрывом по всему коридору, и богомол рухнул безжизненной тушей.

– Офигеть, Толя, – вырвалось у меня, – Ты превзошёл сам себя.

Лекарь чуть шмыгнул носом:

– И всё равно жалко их, они ведь не виноваты.

– Так обнял бы, Толян, – Бобр пнул переднюю конечность, которая заканчивалась огромным лезвием, – Она тоже наверняка обнимашки любит.

Мимо меня сразу проскользнул Кент:

– Опа-опа!

Мы с отвращением наблюдали, как алхим голой ладонью загребает в пустую склянку зелёное месиво.

– Братуха, скажи честно, – подал голос один из Бобров, – А тебе вообще бывает неприятно?

– Очень, – весело отозвался Кент, – Жуть как противно. Но чего не сделаешь ради алхимии…

Блонди обернулась обратно в девушку и поскакала к поверженной туше собирать облачко опыта, повисшего сверху. И тут же закричала:

– Ой, вот ис зыс?!

Мы подскочили поближе…

Скилл!

Вот же он, лежит аккуратненько под одной из ног. Я, прекрасно видя сквозь глаза остальных, что для всех он красный, задумчиво почесал подбородок.

– Непонятно…

– Толян! – вдруг позвал Бобр, – Ну-ка, а это не для тебя?

Бард стоял на своём месте и придирчиво подёргивал струну, подкручивая колки. Он, по-видимому, уже привык, что скиллы выпадают всем, кроме него.

Толя нехотя подошёл… и округлил глаза.

– Синяя?!

– Давай быстрее, братуха! – Бобр сразу же подхватил табличку, стал разглядывать.

Фонза тоже пригляделась:

– Похоже на… на…

– Подкова, что ли? – Боря почесал репу, потом пихнул табличку Лекарю в руки.

Танк был прав – на табличке была изображена загогулина, вроде перевёрнутой английской «ю».

– А может, это магнит? – спросил Кент.

– Мне кажется, это всё же похоже на портал, – задумчиво предположила Фонза.

– А может, это исцеление, а? – с надеждой спросил Лекарь, – На каком-нибудь древнем гномьем?

– Ну, я таких языков не знаю, – пожала плечами Женя.

Тут же бард вздрогнул и показал в коридор:

– Ещё ползут!

– Стоп, Лекарь! Так эта тварь не одна?!

Толя помотал головой, обнимая своё приобретение вместе с лютней.

– Братва, чует задница моего бро, что сейчас нам станет туго, – вырвалось у Бобра.

Мы, закончив со всеми сборами и подготовкой, сразу же двинулись прочь по коридору, надеясь, что он не заведёт в тупик.

У Лекаря песня была на откате, а скрежет лап других богомолов слышали уже все. И я не был уверен, что мы легко отразим атаку сразу нескольких чудищ.

***

«Песня переноса» – так назывался новый скилл Лекаря.

Сколько надежд давало это название…

– Не хочу показаться занудой, – бубнил бард, – Но надо выяснить, как бы её активировать.