Или вот еще такое себе представьте: уважаемый Вячеслав Екимов, трижды олимпийское золото своим педальным умением завоевавший, на тренировку от своего дома до тех самых «Лужников» непосредственно на велосипеде мчится. Или в булочную… Ну не реально же! Не полагается так. По специально отведенным дорожкам и олимпийским объектам велосипедисту ездить полагается, а не по городским улицам за неуместными надобностями, высунув язык, носиться. Вот тогда и результатов чемпионских, и здоровья железного будет столько, что хоть большой совковой лопатой во все стороны отгребай. Ну а раз так полагается и этим даже многократные чемпионы всего на свете не пренебрегают, так чего же мне в таком случае кочевряжиться и устоявшимися порядками брезговать?

«Не стану, – подумал я. – Вот ни за что не стану к месту проведения спортивных мероприятий на спортивных же снарядах добираться! На персональном автомобиле поеду. Велосипед в багажник аккуратненько сложу, да и поеду».

И благо что стоянок автомобильных вдоль всей этой прекрасной дорожки разбросано во вполне достаточном количестве. Не один я, видать, такой разумный и логичный.

Логика, однако, вскоре была с треском порушена. Японским автопромом, который общего языка с китайской велопромышленностью найти не смог. Я уж не знаю, по какой причине, может, от того, что у японцев с китайцами линейки разные, или, может, потому еще, что не на всяком японском автомобиле багажник для перевозки велосипедов по умолчанию приспособлен, но только не помещалось мое двухколесное чудо в багажный отсек четырехколесного японца. То педалями за все подряд цеплялось, то рулем по ширине проходить не желало. Да и багажник, как выяснилось, в глубину оказался сильно меньше даже половины длины велосипеда. Так что, битых полчаса промытарившись и руль велосипедный в тенистую сень багажника все-таки пропихнув, я с горечью убедился в том, что в таком положении, когда на волю большая часть велосипеда торчит, куда-либо ехать не просто неудобно, но даже неприлично. Потому неприлично, что со стороны вся эта картина выглядела так, будто элегантный японский седан пытается испражниться чем-то неопределенным, вчера с аппетитом на ужин съеденным. Пытается, изо всех сил тужится, но только две трети вчерашней трапезы из себя выдавить смог.

На такой неприличной конструкции ехать на свидание со здоровьем, сами понимаете, я себе позволить никак не мог. Пусть уж лучше засмеют меня сограждане и плюнут в меня пренебрежительно за то, что я к спортивному объекту непосредственно на спортивном инвентаре добираюсь, но только не может мне моя тонкая и ранимая натура художника позволить на автомобиле с проблемами ЖКТ ездить. Никак не может! Ну а раз другого выбора нет, то и поделать с этим ничего невозможно. Садись на велосипед, дорогой Семёныч, и проезжай именно на нем три версты по обычной городской местности до спасительно-оздоровительной дорожки, наплевав на приличия и устоявшиеся правила.

«Ладно, – подумал я, – пусть так. Пусть падет позор на мою, уже начавшую седеть голову, но битый час велик в багажник запихивать и обратно выпихивать я ни под каким соусом не стану. Я раненько утречком, чтоб не сильно много прохожих по улицам шлялось, до велодорожки доезжать стану».

Ну а эти три километра, которые с позором по городскому асфальту проехать предстояло, решил я в зачет тех сотен, каковые по велодорожке проезжать собирался, не брать.