|
Слон, вспомнивший, что в армии они так и не делали, со словами «ну мало ли» все одно распихал вазелин по карманам. Также вслед за вазелином в отбраковку за ненадобностью пошли четыре лодочных якоря системы «кошка», два топора на длинных деревянных ручках, два алюминиевых котелка с крышками, один маленький молоток и один здоровенный гвоздодер. Гвозди Слон заранее спрятал за спину, сказав, что это он по пути для дома на всякий случай прикупил. Так что к концу сортировки военно-полевого имущества из нужного для операции остались два мотка крепкой веревки и пила-ножовка, зубья которой от греха подальше обернули старой мешковиной. В общем и целом, по мнению Слона «с такой зброей Кокари-Шаршари, конечно же, не взять», потому как «видит Бог всех положат!» – но за елкой он сходить рискнет-таки. Хотя, продолжая тихонько жаловаться, что без своего родного автомата он, бедняга, чувствует себя как голый, и требуя выдать ему хотя бы якорь-кошку, которым он за заборы и иные преграды цепляться станет, он этот якорь потихоньку из кучки невостребованного умыкнул и под полу спрятал.
С трудом дождавшись вечера, заранее облачившись во все темное и три раза проверив шнурки на кроссовках, в час пополуночи вышли строиться для выполнения задачи к боевой «Сузуки-Черри», родившейся в далеком 1976 году. Машина, как я вам уже рассказывал, боевой даже в день своего выпуска с японского автозавода быть ну никак не могла, а сейчас, по истечении многих лет жизни и бессчетного количества владельцев, держалась исключительно на краске и толстых слоях ржавчины. Она, бедняга, теперь даже на машину, если честно, походила мало. Ее в свое время спроектировали для японского народа, заботясь лишь о том, чтоб в ней не менее четырех детей микадо разместилось и из точки «А» в точку «Б» без членовредительства доехало. И юркая, но крохотная «вишенка» десятками лет со своими обязанностями справлялась, медленно год за годом хирея и приходя в негодность. И когда очередной японский хозяин, притормаживая на перекрестке, продавил пяткой пол, судьба ее, как казалось, была предрешена. Отправили бедолагу на захоронение в Гану, чтоб своим железным трупиком не портила она экологии и без того маленького и тесного острова. По прибытии за несколько лет до описываемых событий была «вишенка» ганскими умельцами реанимирована и за пять лет честной службы успела побыть и таксомотором, и моторизованной тележкой местной торговки овощами. Теперь же, купленная концессионерами по стоимости пыли, скопившейся в ее багажнике, машинка с трудом доживала свой век, мечтая по ночам, чтоб к ней наконец-таки явилась автомобильная смерть и прекратила ее ежедневные конвульсии и мучения. Однако ж, к парням… Невзирая на то, что их всего двое, они каким-то образом умудрились выстроиться шеренгой и устроить друг другу проверку готовности обмундирования. Подергав друг друга за веревки, обмотанные вокруг талий, и приказав друг другу: «Попрыгай!», оба удовлетворенно хмыкнули, отметив, что ножовка, привязанная к Дмитрию, и «кошка», бултыхающаяся у Слона на поясе, ненужных звуков не издают и, стало быть, причинами провала операции стать никак не смогут. Взаимно подтвердив полную готовность к операции ЗДМ, парни загрузились в автомобиль. Будучи своими объемами в полтора раза больше объема многострадальной машинки, они втиснули себя внутрь, каким-то чудом не разорвав ее по швам. И далее в полном осознании всей важности наступившего момента и предвкушении «правильного» новогоднего торжества двинулись в сторону произрастания вожделенного хвойника. Петляя по пустому городу и заметая следы от несуществующей погони, где-то через час наконец-то добрались до ранее запланированного к восхождению и тщательно подготовленного кирпичом места проникновения в пределы народовластия. И если при свете дня этот запущенный уголок городской флоры выглядел пышным храмом живой природы, влекущим сенью прохлады и буйством зелени, то в непроглядной темени ганской ночи от этого филиала сельвы несло диким страхом и верной погибелью. |
