– Нет, не похожа. Но всё-таки когда?

– Четыре дня назад я только пива выпила две бутылки по ноль пять и всё. А тем более мне послезавтра на работу выходить. Вы не верите, что я трезвая, что ли?

– Верим, Марина, верим. Но ты сама посуди, разве может мужик залезть в такую маленькую тумбочку? Даже лилипут туда не заберётся.

– Да вы сами посмотрите! Посмотрите, вам трудно, что ли? – не унималась она. – Вон, видите, он руку высунул! Я же не совсем ещё дура!

– Марина, давай, мы так сделаем: поедем в больницу, а этот мужик сам отсюда уйдёт.

– В какую больницу, вы чего, чокнулись, что ли? Мне на работу надо послезавтра!

– Марина, для работы у тебя будет официальный больничный.

– Да я же у частника работаю, на***рать ему на этот больничный! Он выгонит меня и всё!

Тут вмешалась одна из женщин, подсматривавших в чуть приоткрытую дверь:

– Маринка, ты чё, дура, что ли? Давай езжай! У тебя же «белка» натуральная! Мы не будем с тобой мучиться!

– Лен, да я трезвая, какая «белка»?

– Марин, тебе же добра желают, давай собирайся уже!

– А надолго? – спросила она.

– Всё будет от тебя зависеть, – ответил я. – Прокапаешься как следует и выпишут. Надолго не задержишься.

Марина была настолько растеряна, что не смогла даже собрать необходимые для больницы вещи. Но на помощь пришла соседка.

В данном случае был обычный, классический алкогольный делирий. Понятно, что развился он не от двух несчастных бутылок пива. Просто Марина, как и большинство алкоголиков, всячески отрицала свою зависимость. А это говорит о полном нежелании от неё избавляться.

После освобождения велели ехать на Центр, но на полпути вызов получили: падение с пятого этажа женщины пятидесяти под вопросом лет.

Подъехали к шестнадцатиэтажному дому и сразу увидели картину случившегося. Неподалёку от входа в подъезд, лицом вниз, лежало тело очень полной женщины, одетой в старенький синий спортивный костюм. Лицо было обезображено, правая нога неестественно откинута в сторону и вверх, правая рука причудливо деформирована. Из-за всего этого тр*п напоминал небрежно брошенную тряпочную куклу.

Естественно, без зрителей тут никак не обошлось, собралось не меньше десяти человек самой разношёрстной публики.

– Как всё получилось-то, она сама, что ли, выпала? – спросил я.

– Наверное, сама, – ответил немолодой мужчина с маленькой собачонкой на поводке. – Она же одна жила. У неё с башкой было не всё в порядке, постоянно со всеми ругалась, коврики от дверей выбрасывала, из её квартиры постоянно г***ном разит, хоть нос затыкай.

– А нас обещала кипятком облить! – сказал подросток с самокатом. – И с палкой за нами гонялась!

– Вы её данные знаете?

– Нет, мы с ней не знакомились, – за всех ответила женщина с тростью. – Не нужны нам такие знакомые.

Тр*п накрыли одноразовыми простынями, дождались полицию, сказали им свои данные и отчалили. Что тут можно сказать? Вот так бесславно промелькнула и трагически оборвалась человеческая жизнь.

Следующий вызов получили на боль в груди у мужчины шестидесяти восьми лет. Ожидал он нас в машине на обочине проезжей части.

Мужчина сидел за рулём старенькой отечественной легковушки и со страдальческим выражением лица растирал грудь.

– Здравствуйте, что случилось?

– Сейчас, сейчас, ой, как жжёт… Я парня сбил, он выскочил неожиданно…

– А где он сейчас?

– Убежал… Ой, как плохо…

– У вас жжение в груди?

– Да, как будто ошпарили…

– Раньше бывало такое?

– Побаливало, но не так сильно…

– Жжение примерно когда началось?

– Минут сорок…

Больного аккуратно переложили на носилки и в машину загрузили.