— Ты и у других работаешь?

— Да, но больше всего у Фриды и Густава.

— Фрида очень добро к нам, — вставил Джамал.

— Добра, — поправила Амина. — Фрида очень добра к нам.

— Ты тоже на них работаешь? — спросила Чарли, глядя на Джамала.

— Да, я помогал им, я плотник и умею…

— И еще он умеет красить, — сказала Амина. — Он перекрасил им весь дом и гараж, а сейчас строит песочницу для… — она смолкла и сглотнула.

— Фрида и Густав очень добры к нам, — продолжала она.

— Как часто ты к ним приходишь? — спросил Андерс, глядя на Амину.

— Обычно один раз в неделю, — ответила Амина. — Но часто больше. У Беатрис болел животик, она не спала, так что я убирала и…

— И что? — спросила Чарли.

— Ничего.

— Сейчас важна всякая мелочь, — сказала Чарли.

— Я не хочу говорить о людях, у которых я работаю, — сказала Амина. — Это неправильно.

— Но сейчас речь идет о пропавшем ребенке! — воскликнула Чарли. — Речь идет о Беатрис. Ты должна рассказать все, что знаешь.

— Иногда я сидела с ней, — сказала Амина. — Увозила ее на прогулку в коляске, чтобы Фрида немного поспала. Но Густаву мы об этом не говорили. Фрида подумала, что ему не понравится.

— Почему?

— Не знаю.

— Он не доверяет тебе?

— Думаю, доверяет. Мне так кажется. Просто Фрида не хотела, чтобы мы ему рассказывали, и я не говорила.

Амина взяла чашку обеими ладонями.

— Как вы думаете, где она может быть? Я хотела сказать… кто мог украсть маленького ребенка?

— Мы сделаем все, чтобы найти ее, — сказала Чарли.

— Вы должны найти ее, — вздохнула Амина. — Она… она такая маленькая и она… она боится чужих. Страшно подумать… как ей должно быть страшно.

— Понимаю, — сказал Андерс. — Самое важное, что вы можете сделать для Беатрис, — это ответить на наши вопросы.

Амина кивнула.

— Как бы вы описали Густава? — спросил Андерс.

— Густав… мы знаем его не так хорошо, как Фриду, — ответила Амина. — Он много работает.

— Он иногда злой, — добавил Джамал.

— Просто у него очень много дел на работе, — уточнила Амина и бросила взгляд на мужа.

— А на что он сердится? — спросила Чарли.

— Не знаю, — ответила Амина.

— Вы видели, как Густав сердится на Фриду? Насилие по отношению к ней?

Оба ответили, что не видели. «Однако это еще ничего не значит», — подумала Чарли. Изощренные домашние тираны никогда не бьют своих жен открыто. И даже если Амина или Джамал что-то видели, они могут решить не рассказывать. Им приходится думать и о своей работе.

— Вы не обратили внимание на что-нибудь необычное дома у Густава и Фриды в последнее время? — спросила Чарли.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Амина.

— Что угодно непохожее или необычное — люди, которых ты раньше не видела в доме, другая атмосфера, короче, что угодно.

Амина покачала головой.

— Когда ты убирала у них в последний раз? — спросил Андерс.

— Это было… три дня назад.