|
.. Бальрих оглянулся, но депутат исчез... Опомнившись, рабочий направился к фабрике. Там уже было известно о предстоящем обследовании предприятия санитарной полицией. Многие надеялись, что у Геслинга будут по этому случаю неприятности, и радовались заранее. Действительно, несколько дней спустя, поутру, прибыл медицинский советник и начался осмотр. Оборудованием фабрики он не мог нахвалиться, а умывальниками был более чем восхищен. - Старшему инспектору господину... простите, как... - Моя фамилия Ваксмут, господин медицинский советник. Старшему инспектору Ваксмуту было поручено передать живейшую признательность господину главному директору, который, к сожалению, сейчас занят. Тогда те рабочие, которые были уже готовы торжествовать, уныло переглянулись. Они сразу догадались, в чем дело. Этот чиновник от медицины был заранее готов хвалить умывальники. И Наполеон Фишер, который кичится тем, что комиссия - его заслуга, тоже приложил сюда руку. Умывальниками, которым так обрадовались рабочие, хозяева воспользовались, чтобы отделаться от их требований. После обследования фабрики дошел черед и до людей. Ведомственное лицо, мужчина исполинского сложения, проследовал вдоль рядов рабочих подобно гигантской статуе некоего доблестного полководца. Порой он останавливался и, подбоченясь, расспрашивал кого-нибудь из них. Тем надлежало перечислить все перенесенные ими болезни, причем советник, казалось, был убежден, что каждый от него что-то утаивает. Впрочем, в некоторых случаях он мог казаться даже приветливым и общительным, например, когда дело дошло до Яунера. Зато Гербесдерфер, стоявший рядом с Бальрихом, внушал ему явное недоверие. - Снять бинт! - приказал он и, взглянув на его палец, снова властно бросил: - Фамилия? Старший инспектор назвал фамилию, после чего медицинскому советнику как будто все стало ясно. - Ну, конечно, мы облепили палец глиной. Народный метод лечения. А в случае заражения - кто оплатит операцию? Знахарь, что ли? И расходы на похороны он тоже возьмет на себя? - Обратившись к старшему инспектору, он пробурчал: - Господин, господин... - Ваксмут. - Ваксмут. Покруче с ними, господин Ваксмут, прошу вас, придерживайтесь этого золотого правила. Ведь наш человеческий материал застрахован вдоль и поперек, он не может гибнуть когда ему заблагорассудится. Медицинский советник хотел было уже проследовать дальше, но вдруг повернулся, как на шарнире. - Какой у того вон рабочего пристальный взгляд... Вы не заметили? - Он хороший рабочий, - ответил старший инспектор с удивительным простодушием. - И вам о нем не известно ничего особенного? - Он учится. Тогда медицинский советник кивнул с мрачным удовлетворением: - Ага! Теперь вы сами убедились, что от моего пытливого взора ничто не ускользнет. - И обратился к рабочему: - Эй, вы, как вас зовут? Бальрих неторопливо смерил его взглядом. Затем, нажимая на каждое слово, ответил: - Меня зовут... господин... Бальрих. - Так, так. Еще чище. Тут советник подбоченился и уперся ногами в пол, казалось, не собираясь уходить. - И долго вы уже учитесь? - Год. - Наука, очевидно, не пошла вам на пользу. Скажите - вы страдаете раздражительностью? - Когда меня раздражают, - ответил Бальрих. |
