Пентти приземлился перед подъездом и обратился вновь. В голого худого человека. Его не смущало наличие чужан на улице. Те решительным образом не замечали нагого старика, занятые своим делом. Хист снова работал, хист помогал.

Врановой с силой дернул домофонную дверь, и та открылась. На нужный этаж он не поднялся, а вбежал, как молодой мальчишка, шлепая босыми ногами по бетону. Втянул носом запах у замочной скважины, и его чуть не вывернуло. Запах был таким концентрированным и… мерзким. А еще к нему добавлялся дух чего-то другого. Нечисти? Если кузутик или домовой, будет неприятно. Однако не более.

Он с силой толкнул дверь, выворачивая замок вместе с косяком. В лицо ударил яркий свет. Врановой ворвался в квартиру и нос к носу столкнулся с нечистью.

— А-а-а! — закричал бес. Точнее, бесовка. Толстая, с кривыми ногами, короткими рыжими волосами и крупной родинкой над губой. Некрасивая даже по бесовским меркам. Если учитывать, что Врановой презирал нечисть, то она ему показалась и вовсе уродливым созданием. А та еще была полураздетая, словно специально издевалась над Пентти.

— Кто ты⁈ — грозно спросил ее мужчина. — Где рубежник?

— Я Ира. И я не знаю. Я вещичку забыла, — она указала почему-то на свою юбку. — Пришла, а Гриши уже нет.

— Кто такой Гриша?

— Гриша, он из наших.

Врановой еще раз оглядел комнату с вывороченным шкафом и полупустыми полками, а после застонал. Опоздал, самую малость, но опоздал. Рубежник ушел, причем совсем недавно.

Пока Пентти страдал, бесовка рванула к форточке и скрылась прочь. Конечно, можно было ее догнать, но Врановой чувствовал, что та действительно ничего не знает.

Рубежник еще раз оглядел комнату. А после его худое лицо озарила довольная улыбка. Ничего не потеряно. Он знает, как достать захожего!

Конец