Анатолий потер шею.

– Я получил распоряжение от начальства: имя Пледова не должно нигде упоминаться. Наличие в его жизни второй семьи – тайна. И как быть? На месте преступления кто у нас? Я. Ну за себя я не волновался. Олег? Он тоже язык прикусит. Нина? Тут есть шанс, что она закатит истерику, но с Коневиными поступим просто. Обеих в психиатрическую больницу уложим, была такая, где персонал скорей умрет, чем кому-то о пациентах расскажет. У Ксении определенно съехала крыша, ей точно необходимо наблюдение врача. И Нине не повредит подлечиться. Алексей, шофер, хоть и молодой да умный, он на рот замок повесит. Парень мечтает стать врачом? Отлично, я устрою так, что его на руках в вуз внесут. Вероника… Вот основная головная боль! Матери убитой Майи терять было нечего, самое страшное с ней уже случилось, она потеряла ребенка. Как ей рот заткнуть? Деньгами? Смешно! Они ей не нужны. Обещанием устроить на самую лучшую работу? Так она домашняя хозяйка, у которой есть все: квартира, дача, машина, жирный запас на сберкнижке. Ну и родился план. Надо объявить об убийстве дочки Пледова. Открыто сообщить в газетах, выдать для публикации историю, что одноклассница позавидовала Майе, у той была красивая одежда. Пледову любили в школе, восхищались ею. Убийца же не пользовалась популярностью, не имела того, что было у Майи, вот она и лишила ее жизни из зависти. Очень просто, но зачем нам сложный мотив? И эту же версию сообщат Веронике. Ксюша ни с какого боку ко всей этой истории. У нее якобы заболела мать, рак легких. Нине провели сложное лечение, посоветовали ей жить в Ялте. Там идеальный климат для людей с больными органами дыхания. И на самом деле девочку с матерью увезут куда подальше. Адрес их ссылки пока не ясен, но он быстро определится. И тогда возникнет лишь один вопрос: кого назначить на роль убийцы вместо Ксении?

Бежин налил себе еще заварки, кипятком ее не разбавил, стал пить почти черную жидкость.

– За одни сутки все решили.

Веронике я сообщил, что Майю убила Елена Оленина. Законная жена Пледова возразила:

– За ней приходила одноклассница Ксения. Никакой Лены я не знаю.

– Верно, – согласился я, – у девочек состоялся разговор. Ксюша любила Майю, они общались. Но Нина Коневина, мать Ксюши, собралась уехать в Ялту по совету врача, который ее вылечил. Вот ее дочь и решила поговорить с подругой. Они попрощались, обнялись, пообещали переписываться. Потом они пошли по домам. Здание, где жила Ксюша, оказалось первым на пути. Коневина вошла в подъезд и услышала голоса с улицы:

– Что случилось? – спросила у кого-то Майя. – Ты кто?

Ксюша замерла, подумала, вдруг потребуется ее помощь.

– Лена Оленина, – ответил девичий голосок, – мы с тобой в одной школе учимся, только я младше. У меня котенок убежал! Я нашла его в подвале, а достать не могу, не дотягиваюсь, он в яму упал. Помоги, пожалуйста, ты выше, старше. Мамы дома нет, помочь мне некому. Это здесь, в твоем доме, вот вход в подвал.

Ксения решила, что спасение кота состоится без ее участия, и ушла домой. А на следующее утро Нина с дочерью в шесть утра уехали в Ялту. Они не узнали о том, что Майи больше нет, и обе не имеют ни малейшего отношения к убийству.

Бежин исподлобья взглянул на меня.

– На самом деле обеих Коневиных поместили в поднадзорные палаты.