|
— Как кто делает что? — Как хозяева изменяют свои жизни по желанию? Этот вопрос заставил меня улыбнуться. — Инструменты. — Что? — Еще одно различие между хозяевами и жертвами состоит в том, что жертвы не умеют пользоваться Инструментами, тогда как хозяева используют их постоянно. — Электродрели? Бензопилы? — он тонул, явно нуждаясь в помощи. Хороший учитель оставил бы его искать ответ самостоятельно, но я слишком болтлив, чтобы быть хорошим учителем. — Нет. Выбор. Волшебный резец, при помощи которого жизнь обретает форму. Но если мы боимся выбрать что-нибудь иное, чем то, что уже имеем, какая от него польза? Можно с таким же успехом оставить его лежать завернутым в коробке, не читая инструкцию. — Кто боится его применять? — спросил он. — Что в нем такого страшного? — Он делает нас другими! — Да ладно... — Хорошо, откажись от выбора, — сказал я. — Всю жизнь делай только то, что делают другие. Как это будет выглядеть? — Я иду в школу. — Да. И? — Я получаю образование. — Да. И? — Я устраиваюсь на работу. — Да. И? — Я женюсь. — Да. И? — У меня появляются дети. — Да. И? — Я помогаю им делать уроки. — Да. И? — Я выхожу на пенсию. — Да. И? — Я умираю. — Подумай, какими будут твои последние слова. Он подумал. — “Ну и что?” — Хоть ты и делаешь все, чего от тебя ожидают другие: ведешь себя, как подобает законопослушному гражданину, идеальному мужу и отцу, голосуешь на выборах, принимаешь участие в благотворительности, любишь животных. Ты живешь так, как от тебя требуют, и умираешь с вопросом “Ну и что?”. — Хм. — Потому в твоей жизни не было выбора, Дикки! Ты никогда не хотел что-либо изменить, никогда не искал то, что на самом деле любил, поэтому никогда этого не имел, ты никогда не бросался очертя голову в мир, который значил для тебя больше всего, никогда не сражался с драконами, боясь, что они тебя съедят, никогда не взбирался по скалам, изо всех сил удерживаясь над тысячефутовой пропастью разрушения, потому что это была твоя жизнь и ты должен был ее сохранить! Выбор, Дикки! Выбери то, что любишь, и преследуй это на максимальной скорости, и я — твое будущее — обещаю, что ты никогда не умрешь со словами “Ну и что?”! Он посмотрел на меня искоса. — Ты что, пытаешься меня убедить? — Я пытаюсь, — сказал я, — уберечь тебя от Плавания По Течению. Я в долгу перед тобой. — Что из этого, если я научусь делать свой выбор, независимо от мнения других, и это приведет мой корабль на рифы. Спасет ли меня твой волшебный меч? Я вздохнул. — Дикки, когда это безопасность стала твоим основным стремлением? Бегство от безопасности — вот единственный способ превратить твои последние слова из “Ну и что?” в ДА! — Старый платан, — сказал он. — Что-что? —...на переднем дворе. Он такой надежный и такой неизменный. Когда я чем-то напуган, я все готов отдать, чтобы стать этим деревом. Когда — нет, то мне кажется, что я никогда бы не вынес такой скучной жизни. Он до сих пор растет на том же месте, подумал я, только теперь он гораздо больше, чем тот платан, который ты знаешь, — прошло ведь уже полвека, и все это время его корни уходили в землю глубже и глубже. |
