– Я не сомневаюсь, что ром они бы предпочли всему остальному, миссис Синклер, – раздался голос от двери.

Опущенный взгляд Ровены остановился на ногах человека, обутого в сапоги. Ее глаза стали медленно подниматься выше, к тонкому, усталому лицу военного, стоявшего, прислонившись к двери, и смотревшего прямо на нее.

– Капитан Йорк! – по голосу Хелин Синклер чувствовалось, что она приятно удивлена. – Никак не ожидали, что вы снова возвратитесь в Сан-Себастьян.

– Признаюсь, это получилось случайно и не входило в мои намерения.

Подойдя к столу, Тарквин бросил взгляд на гору бинтов, уложенных в корзину.

– Вижу, что обе леди являются хозяйками этого богатства. Надеюсь, эти сокровища не похищены?

– Нет, нет, что вы! – горячо запротестовала миссис Синклер. – Миссис Пемберли-Мартин выделила нам это из своего личного имущества.

– Да, она проявила истинное великодушие.

Тарквин медленно обернулся к Ровене, нахмурился. Он заметил, что она похудела и вокруг ее глаз лежали темные тени.

– Я с удовлетворением узнал, что во время моего отсутствия, мисс де Бернар, с вами не случилось ничего неприятного. По-видимому, миссис Синклер проявила должную строгость и не позволяла вам уходить из дома?

– Да, я была к ней строга, – не без самодовольства подтвердила миссис Синклер.

Ровена же инстинктивно чувствовала, что Тарквин уже был у Луиса Аронки и, без сомнения, отлично знал, как часто она отлучалась из дома Пемберли-Мартин. Ровена подняла глаза и посмотрела на него открытым взглядом. У него был изнуренный вид, и Ровена подумала, что, наверное, он питается всухомятку и горячей пищи уже давно не видел. Переведя взгляд с его худого, небритого лица на серую с ярко-красным униформу, плотно облегавшую его тело, Ровена вдруг почувствовала прилив охватившего ее гнева.

– По-видимому, вы сами вели себя неподобающим образом, капитан, – сказала она резко. – Или вы в последний момент получили другой приказ, предписывающий вам вернуться в ваш полк?

Тарквин засмеялся и поднял руки, как бы в знак того, что признает свое поражение.

Глядя на его смеющееся лицо, Ровена ощутила смутное раздражение. Как он может быть таким самодовольным, будто испытывает настоящую радость при мысли о возвращении на активную службу? Аронки рассказывал ей, что Тарквин на протяжении пяти долгих лет участвовал в военных действиях на Апеннинском полуострове. И следует ли удивляться тому, что, едва попав на континент, капитан Йорк снова начал воевать против французов.

В дверях появился слуга и сообщил, что их ждут к завтраку. Миссис Синклер предложила Тарквину присоединиться к ним.

– К сожалению, мадам, я вынужден отказаться. Мне и вам предстоит еще уладить много дел, так как в полдень мы должны выехать в Байонну.

В полдень! – воскликнула миссис Синклер, роняя бинты. Глядя на выражение ее лица, Тарквин не смог сдержаться и рассмеялся.

– Ну да ладно, отправимся в два часа, но не позже. Хотя добираться до Байонны не так уж долго, но дороги разбиты, а попасть туда желательно до наступления темноты.

– Вы действительно беретесь доставить нас во Францию? – заикаясь от волнения, выговорила миссис Синклер. – Вы уверены, что можно безопасно перебраться через границу?

– Да, я считаю, что мы ничем не рискуем. Мне удалось установить связь с Симоном де Бернар и узнать, какие действия он предпримет. Симон пообещал встретить нас в Байонне, но он не дал бы такого обещания при малейшем намеке на опасность. Поскольку ваш дядя в настоящее время в отъезде, то Симон приедет один.

– Но почему в Байонну?

– А почему бы и нет? У меня уже был разговор с миссис Пемберли-Мартин: сегодня днем она отправляется в Труайе.