— А ты, значит, делиться не будешь? — сжав кулаки, надвинулся на меня Серега. — Ты, значит, под себя все грести будешь?!

— Стой там, где стоишь! — прикрикнул я. — Это мои деньги, и я буду распоряжаться ими так, как захочу. Мной понукать и командовать никто не будет. А вы думайте скорее, лично я пошел, время наше вышло, пока мы тут будем торговаться, нас всех заметут. Ну?!

— Что ты нукаешь?! — заорал Серега.

Я сплюнул ему под ноги и пошел к окну. Я уже перекинул ногу через подоконник, когда Галя решилась:

— Ты куда?! — окликнула она меня, и впервые за все время в её голосе послышалась растерянность. — Ты бросишь меня? И ты не поделишься со мной?

— По поводу дележей я уже все сказал, — нехотя произнес я. — Мы один раз разделили все деньги, я отказался от наркотиков, оставил их вам, но от денег я не отказывался. Так вы идете?

Я перекинул вторую ногу и приготовился спрыгнуть.

— Я выстрелю! — со слезами обиды в голосе выкрикнула Галя.

— Стреляй, — равнодушно согласился я. — Только ты, наверное, слегка запоздала с этим, здесь, во дворе, уже появились первые зрители, так что если ты выстрелишь, тебя неправильно поймут.

Во дворе действительно уже появилось десятка два любопытных из окрестных домов, правда, собравшихся возле полыхавшего флигеля, но увлеченные магическим зрелищем огня, не очень-то интересовались тем, что происходит за их спинами. Ира выглянула в окно, увидела людей во дворе, умоляюще сложила руки и попросила:

— Пойдем, Галя, пойдем, мы с Сережей отдадим тебе твою часть денег, я тебе обещаю. Ведь правда, Сережа? Пойдем отсюда…

За окнами послышался вой пожарной сирены, отдаленные милицейские трели, и это заставило Галю принять решение. Она убрала пистолет, смерила меня долгим презрительным взглядом, демонстративно отвернулась и сказала:

— Ладно, пошли, но вы обещали. Так, Сергей?

— Конечно, Галя, конечно! — поспешили заверить её Сергей с Ириной, которым нетерпелось скорее выбраться отсюда, и мы по очереди вылезли через окно на улицу, сперва смешавшись с небольшой толпой любопытных, а потом осторожно выбрались из нее, и пошли по переулку вверх, сами не зная того, повторяя маршрут Лешки.

Не знали мы и того, что незадолго до нас, следом за Лешкой прошел один из шпионов Юлдашева, который и доложил бывшему майору о том, куда и к кому пришел Алексей. Люди Юлдашева, в отличие от нас, были профессионалами. Они внимательно изучили все бумаги, которые были на нас, и в первую очередь взяли под наблюдение те места, в которые мы по идее ни в коем случае не должны были пойти. Попадание было стопроцентным.

Единственное, что упустил оставшийся наблюдать за нами шпион, так это мой выход во флигель, поэтому, когда раздался взрыв, он, впопыхах забежав во двор, решил, что мы после бегства Алексея перебрались во флигель. Так и доложил Юлдашеву, вот откуда его удивление.

Но всего этого мы не знали, как не знали мы и того, что следом за нами идет человек Юлдашева.

За нашей спиной, во дворе оставленного нами дома, полыхал пожар, навстречу нам по улице промчались с воем ещё две пожарные машины, следом милицейская с мигалкой. Из домов выползали испуганные жители, которые выспрашивали друг у друга что произошло.

Когда мы переулками вышли к Маросейке, навстречу нам, по середине улицы, промчались ещё две машины с включенной сиреной. Мы инстинктивно вжались в подворотню, мимо которой на наше счастье проходили.

На наше счастье — потому что в одной из машин, набитой людьми в камуфляже, я узнал майора Юлдашева.