— И что делать? — упавшим голосом спросил Слоник. — Может, продать оптом по дешевке?

— Чтобы сразу же к тебе Корней пришел? — ухмыльнулся Патефон. — После дяди Вовы любой на тебя стукнет, только заикнись про товар.

— Так что делать?! — в отчаянии стукнул по коленям кулаками Слоник.

— Продать в розницу, — наклонился к нему Патефон.

— Это же долго!

— Зато какие деньги получим! — хлопнул его по плечу Патефон. Решайся! И я тебе помогу, все пополам. Идет? Сбросим чуть дешевле, уйдет товар со свистом, даже не заметишь. Нарки, они любят халяву. Ну так как?

— Надо же развесить, расфасовать, — засомневался Слоник, уже идя на попятную. — Я не умею.

— Не дрейфь! — важно возвестил Патефон. — Я на что? И тебя обучу, только поворачивайся. И никто нас не засечет, мы в розницу сплавим товар, только спустим партию дешевле. Так как — берешь меня в долю?

— Конечно, — покорно согласился Слоник.

От его природной осторожности следа не осталось. И его прямо в сердце укусила белая кобра, ослепив перед этим блеском золотой пыли.

Патефон не стал откладывать дело в долгий ящик и тут же обучил Слоника вертеть дозы, взвешивать и расфасовывать. Дело пошло быстро, и вскоре они появились возле кинотеатра, куда уже вернулись на постоянные места их партнеры по грязному ремеслу, к великой радости страждущих нарков, которые были малоподвижны, и потери ближних точек, где можно было купить товар, переживали болезненно.

Как оказалось, Патефон был не настолько мудр. Нарки действительно клюнули на халяву сходу, и вокруг Патефона и Слоника сразу же возникли два маленьких водоворота покупателей. Из уст в уста передавалась весть о том, что есть халява.

Этот слушок не прошел и мимо ушей продавцов. К Слонику подошел вразвалку один из дилеров, сидевших в скверике, худой и маленький Палыч в очках с большими линзами.

— Вы что, сами с Патефоном дури нанюхались? — сразу же обрушился Палыч на Слоника. — Вы же цены сбиваете. Тебе что, Мистер Фиш такую цену поставил?

Слоник понял, что попал впросак, залебезил, забормотал что-то невнятное, врать он сроду не умел, поэтому получилось у него что-то совершенно невразумительное, он сам понял это, и быстро слинял, испуганно утащив за собой Патефона.

— Стукнет Палыч Мистеру Фишу, — уныло жаловался Слоник Патефону. — Он из меня душу вышибет. Что делать будем?

— Это я сам виноват, — почесал затылок Патефон. — Надо было в другом месте торгануть и слинять.

— Вот, вот, — покрутил пальцем у виска Слоник. — В другом месте так и ждали двух чудаков без крыши, да ещё и с дешевым товаром.

— Тоже верно, — вздохнул Патефон. — Придется подумать, как и кому продать оптом, чтобы тот не стукнул Корнею.

— Думай, не думай, а продать в Москве некому, если только куда на сторону.

— Ага, в Среднюю Азию отвези, — фыркнул Патефон.

Слоник уныло промолчал. В глубине души он понимал, что вляпался по самые уши, только пока ещё не хотел сам себе в этом признаваться.

Глава тридцать восьмая

Майор Юлдашев очнулся от боли, в машине "скорой помощи". Он не показал вида, что пришел в себя, осмотрелся сквозь зажмуренные веки, увидел сидящую рядом молодую девушку медсестру, следившую за капельницей. Рядом с ней сидел санитар, средних лет мужчина, который дремал. Впереди сидел водитель. Машина ехала на средней скорости, без сирены, из чего Юлдашев сделал вывод, что положение его не аховое, раз не очень спешат доставить его в больницу.