— Подожди! — поднял руку Трифон, и обернулся к водителю. — Выйди из машины, посмотри кругом, а ты, Рамиз, садись сюда.

Рамиз, извинительно улыбаясь вышедшему водиле, тут же уселся на его место, и быстро, без предисловий, заговорил, перейдя на «ты».

— Я знаю, о чем ты договорился с Каракуртом. Только он тебе врет. Он тебя хочет подставить. Он хочет забрать деньги, а тебе оставить товар. Только он не сказал тебе, что товар — особенный. Это не героин.

— А что же тогда? — удивился Трифон.

— Это экспериментальная партия. Это не совсем товар, это самый главный его компонент, но компонент смертельный для употребления. Ты возьмешь товар, пустишь его на рынок, начнут гибнуть тысячи людей, тебя быстро вычислят, и на тебя поведут охоту и Шейх, и органы. Юлдашев — предатель.

— Ты откуда все это знаешь? — не поверил Трифон. — И почему не сообщил Шейху?

— Шейх мало платит, — грустно вздохнул, сделав несчастное лицо, Рамиз. — У меня есть племянник, вон он, около котла, плов продает. Ему нужно учиться поступить. Он очень талантливый и способный мальчик. Он в электронике здорово разбирается, и в компьютерах. Он сумел прослушать радиотелефон Каракурта. И все записать. Там есть ещё один адрес.

— Говори! — резко дернулся в его сторону Трифон.

— Что ты мне даешь взамен? — прямо спросил Рамиз.

— Что ты хочешь? — вопросим на вопрос ответил Трифон.

— Мне нужны деньги. Очень деньги нужны. Я просил Шейха, чтобы он помог мне устроить мальчика в университет в Москве, Шейх сказал мне, что он сам будет платить за учебу моего племянника. Но я отказался. Если Шейх за кого-то платит, он забирает этого человека в свои вечные должники. Ты дашь мне денег?

— Деньги я тебе дам, — ответил Трифон. — Если, конечно, ты не врешь.

— Зачем мне врать? — продемонстрировал свою улыбку Рамиз.

— Ты же не первый день слушаешь разговоры Каракурта, — ехидно отозвался Трифон. — Что же ты раньше мне ничего не сказал?

— А зачем? — откровенно отозвался Рамиз. — Я ждал, когда можно будет деньги взять. И потом, Каракурт меня обидел. Я это не люблю.

— Это никто не любит, — проворчал Трифон.

— Конечно, — согласно склонил голову Рамиз. — Только я это ОЧЕНЬ не люблю.

— Ну что же, — согласился Трифон, давай свои записи.

— Вот сверток, здесь диктофон и кассета, стоит на том месте, где Каракурту дают ещё один адрес и дополнительные сведения на людей, у которых товар и деньги.

Рамиз вынул из кармана белоснежного фартука завернутый в большой клетчатый платок диктофон и положив его на сиденье, вышел из машины.

Водитель сел на свое место, Трифон вышел и пошел к стоявшему неподалеку микроавтобусу, чтобы пересесть в него.

На полпути его догнал Рамиз и заглядывая в глаза спросил ещё раз, демонстрируя заискивающую улыбку:

— Ты точно дашь мне денег, Трифон?

— Ну конечно, Рамиз! — хлопнул его по плечу Трифон, и тоже демонстративно улыбнулся ему в лицо широченной улыбкой, с удовольствием продемонстрировав два ряда кривых, желтых, сильно испорченных зубов.

В микроавтобусе он прослушал запись, причем сделал это несколько раз. Велел водителю ехать по адресу Галины, который, вместе с другими данными про всех пасажиров джипа, предоставила Юлдашеву его осведомительница из ФСБ.

Сам Трифон ехал мрачнее тучи, бормоча про себя проклятия, понимая, что ввязывается в прескверную историю, в которой может полететь и его голова.