Берни не жонглировал факелами, он работал с зонтиками: он висел на длинных черных волосах и жонглировал открытыми шелковыми зонтами. В зонтиках был укреплен груз, поэтому они летели точно ему в руки. Он начинал с двух зонтов и постепенно доходил до пяти. Со стороны все казалось таким легким и простым — прелестные красные и желтые зонтики, оркестр играл переливающуюся японскую мелодию. Берни был обнажен до пояса, на нем было надето шелковое трико — одна нога была желтая, а другая — красная, а длинные черные волосы украшали желтые и красные ленты. Поэтому все выглядело милым и таким простым, что казалось, любой ребенок может выполнить этот номер. Но в цирке нет простых номеров. А тем более, если этот номер — воздушный жонглер или гимнаст.

Уилла к тому времени была замужем за Питером Торренсом уже три месяца. Казалось, она была очень предана мужу, хорошая и внимательная жена, которая обожает мужа и скучает без него. Питер был менеджером цирка, и ему приходилось заранее выезжать в те города, где должны были проходить выступления, и он почти все время проводил в разъездах. Поэтому Уилла часто приглашала девушек из цирка сыграть в покер в их трейлере…

— В цирке все играют в карты. Ну, обычно играют не по-крупному, а так, для развлечения… И все девушки, даже надменные наездницы, считали честью получить от нее приглашение, потому что Уилла была известной артисткой, которая могла настроить публику соответствующим образом и привлечь в цирк зрителей. Она была милой восемнадцатилетней девушкой, очень сексуальной, обладала чудесным чувством юмора и была по-настоящему доброй к людям. Когда вы приходили в трейлер, чтобы сыграть в карты или просто на чашку чая, у вас создавалось впечатление, что Уилла была счастлива видеть вас у себя. От нее исходило ощущение уверенности. Девушки рассказывали ей о своих приятелях или о проблемах с мужьями, или о том, чего они желали добиться в жизни и в работе. Удивительно, но девушка, едва покинувшая юношеский возраст, могла играть роль матери для этих девушек и молодых женщин, часто бывших гораздо старше ее.

— Я думаю, она была удивительно цельной и милой натурой. Действительно, так оно и было: ее доброе отношение передавалось всем, кто приходил в ее трейлер. Даже Питер… когда он с ней расстался… Ну, я хочу сказать, что он не мог сказать про нее ничего плохого.

— Почему он ее оставил? — спросил Мэттью.

— Я думала, что вы знаете, — заколебалась Эгги.

— Что знаю?

— Лавлок, — ответила она.

— Что?

— Ну… маленькая девочка.

— Простите, я…

— Понимаете, там была маленькая девочка.

Мария Лавлок Торренс родилась спустя десять месяцев после свадьбы Уиллы и Питера. Малышка была удивительно красивой и казалась абсолютно нормальной, но существовали сомнения, что в дальнейшем у нее могут начаться проблемы с гипофизом, как у ее матери. Правда, медики говорили, что эти проблемы могут быть исправлены серией специальных уколов, и Уилла, как всегда спокойно, решила, что станет этим заниматься, когда у девочки будут заметны какие-нибудь отклонения от нормы. Конечно, Уилла не могла представить себе, что ее признание заставит мужа сбежать от нее с воздушной гимнасткой.

— Не понимаю, какое признание?

— На ее месте я бы ему никогда в этом не призналась, — заметила Эгги.